сархана переселялась на планету мужчин и жила рядом с сыном, пока ему не
исполнится пять лет. Затем, чтобы не влиять на неокрепший ум ребенка, она
покидала его, возвращаясь на свою планету. Следующая встреча Дракона с матерью
происходила тогда, когда он находил себе пару и посещал планету женщин.
- Чудовищно, - мрачно отозвалась я, - не удивлюсь, что и тут тексы приложили
свою руку. У нас на Земле, есть один принцип, действенный, проверенный не одним
поколением – разделяй и властвуй. Вас просто разделили, чтобы сделать слабее. А
когда и это не помогло, просто устранили сархан.
- Думаешь катастрофа была неслучайна?
- Лунна, не бывает таких случайностей. Когда вокруг происходит настолько много
странных случайностей, что они превращаются в закономерность, нужно искать
причину. А что случилось с Мео-Щер? Они так и смирились со своим поражением?
- Нет. Они не смирились, как не смирилась со своим положением ни одна сархана.
Мы работали над проектом создания нового мира для нашей расы, где развитие
общества шло бы по старым законам. Незадолго до катастрофы на окраине Вселенной
была найдена планета. Гуманоиды, населявшие ее, внешне очень напоминали
нефилимов. Последователи проекта направились туда и обосновали небольшое
государство Щер-Мео.
- Шумерское царство, - от такой догадки внутри все радостно затрепетало, -
значит замляне потомки нефилимов?
- Нет, моя маленькая сархана, - печально сказала Лунна, - эксперимент был
неудачен. Когда нефилимы прибыли на планету, там уже проводили свои опыты
несколько развитых рас, в том числе иланы и нуберийцы. Но все их разработки были
свернуты. Проблема крылась в самой планете, излучение ее ядра полностью
нейтрализовывало ментальную силу любого гуманоида. Нефилимы, находясь на
планете, становились смертными. Даже симбионт словно впадал в спячку. Остатки их
ментальной силы ушли на то, чтобы предупредить нас об опасности. Затем связь
прекратилась, и дальнейшая их судьба не известна. После этой неудачи сарханы
закрыли доступ к планете, создав эмиссаров. Они отпугивали любого, кто
приближался к опасной зоне.
- А обойти этих защитников можно?
- Существовали специальные устройства с кодами, но все погибло вместе с нашей
планетой, - грустно сказала Лунна.
- Но ведь там могут быть такие как я! Сарханы или Драконы…
- Вряд ли. Ты – скорее исключение из правил. Вообще, твое появление это чудо,
учитывая смертность попавших на вашу планету. Деление симбионта происходит
крайне редко. Если, конечно, не нашли способ размножаться без симбионта.
- Может излучение ядра планеты повлияло и на это? Ты же сама сказала, что
симбионт впадал в спячку.
- Может и так, - пожала плечами Лунна, - В любом случае, мы никогда об этом не
узнаем.
- А если население планеты выйдет в космос, для них эмиссары будут опасны?
- Нет, только для кораблей, которые хотят попасть на планету, а не улететь с
нее, - а я выдохнула с облегчением, но надежду когда-нибудь попасть домой вновь
потеряла.
- Значит, мы с тобой две последние сарханы в этой Вселенной. Как тебе удалось
выжить в катастрофе?
- Незадолго до взрыва мы с моим Драконом потеряли не рожденную дочь. Я
оплакивала ее в храме и просила Богов вновь поделить мой симбионт. А когда
захотела вернуться, оказалось, что планеты нет, - прекрасные глаза наполнились
слезами.
- А твой Дракон?
- Мой Дракон погиб. Когда я поняла, что Сарханы больше нет, отправилась
разыскивать его на Дракон. Там царил хаос. Драконы, потерявшие пары, уходили
вслед за ними. Мы не прошли Обряда единения, поэтому я не могла чувствовать его,
но мне удалось найти его замок… - она всхлипнула, - вернее, то, что от него
осталось… Пока я была в храме, он не мог со мной связаться. Видимо, подумал, что
я погибла, и ушел, а я не смогла последовать за ним и вернулась сюда…
- И с тех пор ты тут одна?
- С тех пор я оплакиваю его, ежедневно моля Богов о смерти.
- Странно…
- Что именно? – Лунна подняла на меня заплаканные глаза.
- Странно, что ты не ушла следом, - ответила ей, - я знаю одного Дракона,
который тоже не ушел за своей парой. Он учил меня пользоваться симбионтом. Его
зовут Тизкар.
- Тизкар? – слезы в глазах Лунны мгновенно высохли, - он жив?
- Еще вчера был жив, здоров и энергичен.
- О, Боги! – воскликнула моя собеседница, - вы вновь дарите мне надежду! Нам
нужно спешить…
Она подскочила спешно собираясь.
- Подожди, - остановила я ее, - у меня есть еще два вопроса.
- Задавай их быстрее и идем! Тизкар…
- Почему ты назвала меня Звездой?
- Звезда, она другим светит, освещая путь во мраке. А еще Звезда может влиять на
Индикатор равновесия, делая его свет ярче и ровнее.
- То есть получается, воздействуя на сферу, я помогаю восстановить мир?
- Ты помогаешь увидеть то, что нужно для достижения этого мира. Ты – свет.
- Если я сейчас волью в полусферу свою силу, то помогу увидеть зло тем, кто
борется против тексов? – мои мысли снова вернулись к Анситору, а теплота и
нежность затопили все внутри.
- Да, Катя. Да! – нетерпеливо ответила Лунна.
Я подошла к индикатору и, как в первый раз, подумала о том, сколько хороших и
добрых созданий живет во Вселенной. Искренне пожелала им добра и мира. С моих
