Пассивный. Терпеливо дожидаться, пока пес сам не выберет жертву. Скорее всего, обе головы сочтут более слабой Укусику. Тогда, как только начнется атака, необходимо наброситься сзади, навалиться и прикусить шею. Вот только которую: левую или правую?
Мирный. Как?!
– Мы с тобой одной… масти? – прервал его размышления голос волчицы.
Пес недоуменно воззрился на нее правой головой.
– Мы с тобой одной… шерсти? Не могу вспомнить! Помоги!
– Мы с тобой одной крови! – слова сами легли на язык Нацатаги.
– Гав! – сказала левая голова пса.
– Мы с тобой одной крови! – повторила Укусика.
– Гав! – кивнула правая голова.
– Ты и я! – хором закончили оба волка.
– Гав-гав-гав!!! – радостно залаял странный пес обеими головами хором.
И завилял хвостом.
74
– Волшебник, что ты опять добавил в чай?! – Воевода потряс головой.
– Ничего. Я же совсем недавно…
– Тогда почему у меня в глазах померкло?
– И у меня, – поддержал бывшего лучшего Никита Лесоруб.
– Даже у меня, – Стрелок подозрительно прищурился.
– Так это не у вас, а на улице, – вбежал в центральный терем Нелюдим.
– До заката, вроде, еще далеко, – Казначей приподнял бровь.
– А до грозы – нет!
– Это не просто гроза, – Волшебник выглянул в окно, – это – настоящая буря! Сейчас как бабахнет…
И грянул гром.
75
Двуглавый пес прижал уши, припал на все четыре лапы и неожиданно тонко заскулил в обе глотки. И рванулся обратно в темноту пещеры.
– Стой! – крикнула Укусика.
– А я бы посредовар его примеру, – Нацатага смотрел в небо. Полые холмы стремительно накрывали иссиня-черные тучи.
Волки поспешили под своды пещеры. Никто не заметил, как вслед за ними в медленно закрывающийся вход проскользнули четыре бесшумные тени. Синь-Синь готовился поглотить новые жертвы. Жертвы об этом пока еще не подозревали. Если бы им об этом сказали, все семеро были бы категорически против. Но, кроме них, против был еще один человек. Точнее, уже не совсем человек – наполовину Василий, наполовину Полые холмы. Живой разум подсказывал бездушной каменной утробе, что эту добычу просто так не переварить. Слишком специфична. В лучшем случае, потом пару веков маяться несварением!
Больше ста лет Василий провел в Полых холмах. Когда глава каменоломен неожиданно исчез, все решили, что он погиб. Случилось противоположное. Многие люди мечтают о бессмертии. Некоторым везет воплотить мечту в реальность. И никто потом воплощенной мечте не рад. Это пока знаешь о неизбежной конечности жизни, хочется ее продлить. Вечность же пахнет плесенью, и с этим запахом приходится мириться. Василий покуда мирился. Но уже пришло осознание, что сделка с бездушными каменными пустотами – самая большая ошибка в его жизни. В бесконечной жизни, теперь навечно связанной с Полыми холмами. Связанной в прямом смысле – он, Василий и есть Полые холмы. Отчасти. Примерно наполовину. На вторую примерно половину Полые холмы так и остались неутолимым вечным голодом. И голод этот терзал и Василия тоже.
76
– Вот это буря! – восхитился Нацатага.
– А как громыхнуро! – подержала Укусика.
Громыхнуло действительно знатно. Только это была не гроза. Это встал, наконец, на свое место шатающийся каменный зуб. Стало неожиданно тихо. И темно. Но ненадолго: спустя пару вдохов пещеру начал заполнять медленно разливающийся синий свет. Сначала едва различимый, он с каждым мгновением становился все ярче, пока не достиг глубокой синевы вечернего неба. Свет шел отовсюду и из ниоткуда, словно стены сами его испускали. Герои смогли оглядеться. Двуглавый пес забился в угол рядом со входом и снова начал поскуливать.
Около пса рядком застыли четверо. Спрятаться им было некуда.
– Снова они!
– Да, это мы.
– Где-то я вас раньше видер, – Нацатага медленно приблизился к четверке.
– На бороте, например, ири на острове, – подсказала волчица.
– Нет, намного раньше, – волк, наконец, сумел разглядеть в неверном синем свете преследователей. – Не может быть!
– Я тоже так сначала подумал, – подал голос один из получерепах.
– Донатерро! Рафаэрь! Микеранджеро! Реонардо! Герои моего детства!!!
– И еще нескольких миррионов марьчишек, – добавила Укусика, тоже приближаясь, чтобы рассмотреть панцирных получше.
– Но как?! Откуда?
– Мы были в измерении Икс, гнались за Шредером. Потом он нырнул в портал, мы – за ним, – быстро затараторил Рафаэль.
– Наверное, портал неустойчиво работал, – добавил Донателло. – Нас вышвырнуло в болото. А Шредера, видимо, куда-то в другое место. Или время.
– Это вообще не наш мир! – перебил его Леонардо. – И нам отсюда необходимо вернуться домой.
– А вы кто такие. Раньше вы, кажется, не были волками.
– Ни разу! Нас закордовари!
– Надо им помочь! – обратился к товарищам Леонардо.
– А вам не кажется, что помогать нужно всем нам? Парни! Мы в ловушке! – Микеланджело осматривался.
– Такое ощущение, что эта пещера нас проглотила.
– Даже, если вас съери, всегда остаются минимум два выхода! – уверенно заявил Нацатага. Кто-то хихикнул. Одна из стен пещеры неохотно раздалась, открывая узкий туннель, также подсвеченный синим.
– Нам туда! – двинулась к проходу волчица.
