Начать с того, что никто его не закладывал. Даже поселения, на месте которого вырос Асседо, не существовало. Была харчевня с постоялым двором на большом перекрестке. С запада на восток тянулся тракт, соединяющий Белокаменную и Красенград, ныне столицы Светлой и Темной Рыжей. На север уходила дорога к Серым горам. Это было задолго до становления Волкова. На юг тоже шла колея, но куда она ведет, было неясно, и пользовались ею нечасто.
Харчевню держало семейство евров, и название она носила странное и длинное – «Ассамблея Едоков». Практически все проезжие здесь останавливались – кто на обед, кто на ночлег. И всем это место было хорошо известно. Только вот название трудно произносить. Так со временем от двух слов остались только шесть букв. Еще во времена Великой Рыжи многие караванщики и обозчики стали называть этот перекресток Асседо.
Толчком к развитию послужил раздел Рыжи на Темную и Светлую. Именно через перекресток Асседо пролегла граница, обозначенная столами. Столы, кстати, стоят до сих пор. Оба государства поддерживают границу в хорошем состоянии. Каждый год в День Разделения за столами собираются жители обеих стран и устраивают ярмарку. Днем на столах раскладываются товары, в этот день не облагаемые никакими пошлинами. А вечером устраивается Пир Примирения.
Но, вернемся к городу. Где есть граница, там должна быть и таможня! Разумеется, теперь у харчевни евров караваны стали задерживаться дольше: заполнение различных бумаг, досмотры фур и личных вещей, уплата пошлины – все это требует времени. Караваны вставали в очереди, ждать в которых приходилось день, а то и два. А в разгар сезона можно простоять и неделю! Но это, если обозчик скупится на взятку. А пока ждешь, почему бы и не перекусить? А то и заночевать придется.
Сметливый хозяин «Асседо» срочно начал отстраивать новые здания. Сначала гостиницы и таверны, потом и жилье для персонала поставить пришлось. Таможенники, глядя на предпринимателя, тоже решились сменить казенные бараки на удобные срубы – взятки куда-то девать надо!
И стал город расти и шириться. Скоро на месте таможенного поста и постоялого двора стоял Асседо во всей своей красе. Теперь здесь появились кузницы, мастерские, цирюльни, лавки, церкви и даже две школы! В прошлом году заложили семинарию. «Ассоциация Едоков» давно превратилась в городскую управу, которую возглавляли потомки еврского рода, стоявшего у истоков Асседо.
Но была у Асседо одна проблема. Город рос с обеих сторон от границы – купцы и караванщики двигались и с запада, и с востока. Между соседними государствами возник конфликт: кому все-таки принадлежит город на границе? Несколько раз за Асседо воевали. Дважды город был в осаде, пять раз переходил из рук в руки. Правда, жителей Асседо это не шибко беспокоило.
Большинство населения – евры. А еврам, по большому счету, все равно, какому государству принадлежит город – лишь бы их самих не трогали. И не мешали зарабатывать честные и не очень деньги.
Последняя битва за Асседо состоялась семь лет назад. Выиграл ее, разумеется, Воевода. Разумеется, без потерь с обеих сторон. С тех пор город официально считается территорией Светлой Рыжи. Хотя граница все также проходит по середине города.
Что же касается небезызвестной Малой Волковской улицы, она тянется по окраине города и соединяет Волковскую дорогу (она же дорога к Серым горам) с Западным трактом, ведущим в Белокаменную. И да, практически вся контрабанда – не считая настоящей – производится именно здесь.
140
До Асседо колесо все-таки доехало.
– До Волкова не доедет, – авторитетно заявил кучер, обойдя карету кругом.
– Плохо. Время поджимает, – Никита был мрачен.
– Что такое?
– Луна. Придется вам в Асседо задержаться. Где там эта Емельянова Глушь?
Развернули карту. Долго рассматривали.
– День туда, день обратно. Это, если не задерживаться… хотя я бы предпочел не задерживаться здесь.
– Тогда ночь туда и ночь обратно, – подсказал Нацатага.
– И там целый день! – поддержала его Укусика.
– Мне тоже день минимум потребуется, – разговорчивость Левонтия закончилась вместе с дорогой.
– Тогда пошли устраиваться на постой.
141
Ночь была лунная. Луна была полная. Никита с утра не находил себе места. Если б не присутствие монаха из банды Элли, он бы предпочел заночевать в лесу.
Теперь же оборотень-волчатник спешил покинуть Асседо. Он едва сдерживал порывы своего естества, чтобы не разорвать на себе одежду прямо на улице и с воем превратиться в большого волка. На его счастье, лес начинался буквально за заборами мастерских на Малой Волковской.
Здесь, собрав волю в кулак, лесопромышленник стремительно разоблачился и с кряхтением – чтобы не завыть от облегчения – опустился на четвереньки. Метаморфоза заняла всего минуту. От этого было особенно больно. Зато потом – какое облегчение!
Громадный серый волк с всклокоченной шерстью потянулся, сладко зевнул и потрусил вдоль дороги к Серым горам.
142
