— Ну, а вдруг? — развел я руками, давая понять, что моим воинам надо занимать позиции. Гунтер сдвинулся в сторону кенига, а Орм прикрыл собой Ульфриду, севшую за стол.
— Но начать я хочу с простого вопроса. А где тело Ингвара? В доме закопано или в Железном лесу?
— Да что же это такое, Харальд? — возмущенно сказал Ингвар. — За что меня бесчестят?
Кениг непонимающе посмотрел на меня, и в это время Скегги, ухмыльнувшись, сказал:
— Да ладно тебе, ведьма. Ты же знаешь, кто я, к чему это непотребство?
— Ой, ну вот что все вы, прихвостни бога, за ним тогда не ушли? — ворчливо произнес старушечьим голосом Ингвар. Да уже и не Ингвар.
Перед нами стояла старуха, одетая в какие-то немыслимые тряпки.
— Гедран! — взвизгнула Ульфрида, которую немедленно закрыл собой Орм.
Кениг, крутнувшись волчком, сорвал со стены секиру (а шустер, я даже движения не заметил) и выставил ее перед собой. С двух сторон его прикрыли Свен и Гунтер с мечами наголо. Флоси сделал шаг к двери, также доставая секиру и глядя на меня.
Только эйнхерии и валькирия были спокойны — не похоже было, что эта старушка их напугала.
Надо заметить, что и я не испытывал страха, я испытывал большое удивление — я знал эту бабуську. Я видел ее давным-давно, когда шагал в славный город Фладридж по дороге из желтого кирпича. Ее тогда звали Герда, она еще просила меня хворост поднести. Ну да, точно. Любопытно, а под каким именем ее знают на Востоке? Гюльчатай?
— Ну, воин, я же говорила, что мы встретимся? — Гедран явно наслаждалась ситуацией.
— Ну встретились — и чего? Я тебе хворост все одно никуда не понесу.
— Да что теперь о хворосте. За тобой других долгов много. Сестрицу мою ведь ты ухайдокал? Вон с тем железнолобым, поди, ох, я и ему припомню это. — Бабка ткнула пальцем в Гунтера. — Лендлорда прибил, а я знаешь как долго его из страны теней призывала. Здесь вот все мои планы порушил. Ох, плохо умирать будешь, воин, и посмертие тебе я такое обеспечу…
— Ты, бабка, меня не стращай, — спокойно ответил ей я. — Ты еще отсюда уйди целой.
— Да кто ж мне помешает? — захохотала старуха. — Вы, что ли?
— А почему нет? — подобрался я, полагая, что схватки не избежать. — Сталь — она всегда сталью остается.
— Недосуг мне тебе обратное доказывать. Времени нет. Но думаю, что скоро здесь и увидимся, в этом зале. — Бабка начала двигаться к окну. — Только вот я буду сидеть на этом престоле, а вы на коленях стоять перед мной. В цепях!
— Где Ингвар, старуха? — прорычал кениг, явно боявшийся страшной ведьмы, но желавший знать судьбу советника.
— Да кости твоего Ингвара давно уже звери в моем лесу по норам растащили! — захохотала ведьма.
— Я так и думал, — сказал я кенигу. — Все-таки убила.
Кениг насупился, в глазах его полыхала злоба и бойцовский огонь.
Пришло время наносить финальный удар.
— Скажи, Гедран, а с чего ты взяла, что Великий Фомор отдаст тебе престол Хольфстрига? Он, может, и сам на него сесть не дурак?
— Почему? — прошипела бабка. — Потому что у нас с ним подписан договор, который не может нарушить ни одно, даже самое древнее зло! Не сможет, я знаю, что надо писать в таких бумагах. Ох, вы мне тогда за все ответите!
— Мой престол! — заревел медведем Харальд. — Да я вас всех!
— А тебя, скотина, я еще и кастрировать повелю, — ткнула пальцем Гедран в кенига и, вытащив из-под широкого подоконника метлу, как видно, припрятанную заранее, свистнула и вылетела в окно.
— Уйдет! — заорал я, бросаясь к оконному проему.
Бабка Гедран, судя по всему, сразу развила хорошую скорость, поскольку она уже пересекла городские стены и скоро должна была стать маленькой точкой на горизонте.
Над ухом дзынькнула тетива. Невозмутимая Гудрун опустила лук.
Метла с бабкой клюнула в воздухе носом и спиралью обрушилась вниз.
— Ага! — заорал я радостно. — Горишь, бабушка, чертова старушка!
— Ее не убьешь, — бесстрастно отметила Гудрун. — Это я метлу сбила.
И впрямь, через секунду вверх поднялась колесница, запряженная козлами, почти неразличимыми отсюда. Бабка Гедран погрозила нам кулаком и стартовала в зенит.
— Ушла, старая сволочь, как обычно, — отметил Скегги. — Ну, ярл, мы тебе еще нужны?
— Да нет, спасибо, ребята. — Я пожал ему руку. — Без вас было бы нам плохо. Да попросту никак.
— Ну тогда всем до свидания, — помахал рукой Скегги, и три снежных вихорька опали на плиты зала.
— Интересные у тебя друзья, Хейген, — покачал головой Гунтер, убирая меч в ножны.
— А то, — согласился с ним я. — Рыцарь, туалетный, пират, кениг, эйнхерии и валькирии. И еще вилиса в невестах.
— Да ладно? — Свен скорчил рожу. — По доброй воле?
— Ну да, — криво улыбнулся я.
— Ну ты и балбес!
"Балбес, балбес. Сам знаю, что балбес", — подумал я.
Кениг добрался до стола и присосался к кружке. Притихшая Ульфрида смотрела на ходящий вверх-вниз кадык отца, по-моему, ей было очень страшно.
— Что она там говорила про престол? — рыкнул кениг, вытирая рот.
— То и говорила, — наступал ответственный для меня момент. — Тебя к предкам, сама на престол, под рога — и все. Таков договор с Фомором.
