Ходил вслед за экскурсоводом, переводил его своим итальянцам, работал и вот попался-таки на глаза бдительной аджуме. Ну и чего теперь? Выгонят из парка с позором? А переводить, кто будет? Как бы так от нее отделаться, без потери лица? О, есть идея!
— Бонжур, мадам! — по-французски приветствую я ее и тут же добавляю вдогон пяток фраз на нем же, рассказывая о том, какой Париж прекрасный город.
Аджума «виснет», не в силах соотнести мой корейский вид с французской речью. Краем глаза замечаю как местный французский переводчик, все поняв, осуждающе качает головой. Его французы же «не врубаются» и удивленно смотрят на меня, пытаясь видно понять, к чему это вдруг лекция о Париже?
На мое счастье, экскурсовод «считывает» ситуацию и, видимо тоже, не желая скандала, «сдергивает» экскурсию с места, предлагая всем — «проследовать дальше».
— Оревуар, мадам! — прощаюсь я с аджумой и топаю за всеми, оставив бдительную тетушку в сомнениях размышлять — «что это было»?
Удачненько я соскочил…
— Хочу высказать тебе благодарность за твою работу, — говорит Хё Бин, смотря на меня.
Деньгами? Было бы неплохо. Хотя вряд ли. Как я уже знаю, чтобы что-то получить осязаемое, нужно иметь стаж работы года эдак в три, не меньше. Если меньше, то можно ожидать лишь устного поощрения. Но все равно, кланяюсь и произношу в ответ положенные слова благодарности. Уже поднаторел.
— Наши гости оценили твои способности…
Ну да. Мозгою шевелить никто особо не хочет. Разузнали, что я могу переводить и так и эдак, куда только не таскали переводить. Немцы с французами, итальянцы с немцами… Такое ощущение, что работы у меня было больше всех. Кто везет, того и грузят, как говорится… Кланяюсь, благодарю.
— Хоть у тебя и были некоторые неудачные моменты…
Это она про доклад. Черт дернул этого итальянца вставлять английские слова в свою речь! А я почему-то переводил их обратно на итальянский. Смотрел потом запись, было стыдно. Харука Аясе объяснила, что это из-за недостатка опыта. В таких случаях, сказала она, следует «тормозить» перевод. Главное донести смысл, а не показать скорость. А я чего-то увлекся….
— Но госпожа Харука Аясе говорит, что это просто из-за недостатка опыта. Она сказала, что с практикой, таких ошибок у тебя не будет… Еще мне понравилось, что ты не останавливаешься на достигнутом и изучаешь новые языки…
Это она про португальцев. Не знаю, как мне удалось не заржать, слушая перевод того самоучки. Я-то тоже, специально испанский не изучал, так, баловался. А тут внезапно понял все, что говорили. Испанский и португальский, они похожи…
Тогда, после собрания, Хё Бин приказала привести меня к себе, а когда я предстал перед нею, потребовала объяснить, почему я корчил рожи на таком ответственном мероприятии. Пришлось рассказать. Дословно. И про стипендию, коровами, и про то, что они быстро кончаются. Хё Бин, от смеха, чуть со шпилек своих не упала. Можно сказать, ржала, самым натуральным образом. Но тот переводчик потом люлей получил, я после узнал…
— Думаю, что тебе понравилось быть значимым членом команды. Я видела, что взрослые уважительно разговаривали с тобой. Ведь так?
Ну да, приятно когда тебя оценивают за твой труд. Говорю Хё Бин — «да», кланяюсь, благодарю.
— А как тебе этот отель, остров Чеджу? — спрашивает она, переводя тему разговора на другое.
Искренне отвечаю, что никогда еще в моей жизни не было столь захватывающего путешествия. Кланяюсь, благодарю.
— Вот видишь, — с довольным видом говорит Хё Бин, — а ты не хочешь быть переводчиком. А ведь в мире есть еще много прекрасных отелей и удивительных мест, которые ты сможешь увидеть, если получишь образование. С твоими способностями это не составит тебе труда. Ты знаешь свой результат по французскому?
— Нет, госпожа президент, — отвечаю я, — когда я уехала на Чеджу, результатов еще не было, а отсюда я не узнавала. Все как-то была занята…
— Девятьсот девяносто шесть баллов, — с удовольствием произносит Хё Бин, видно рассчитывая на мою бурную реакцию.
Да-а, опять нехило так. Но прыгать и визжать от восторга я не буду, пусть даже госпожа президент этого ожидает. Просто благодарю за информацию и кланяюсь.
