- Даже если она здорова сегодня, то это не значит, что не заболеет завтра. Я знаю, белокожим людям наше южное солнце вредно. Ещё я знаю, что тело у этих бедняжек от солнечного света краснеет, горит и покрывается безобразными волдырями. Болезнь вызывает лихорадку, и лечение от неё одно – прятаться всю жизнь в тени, иначе со временем солнце испепелит мясо до костей! – Галена повернула голову к своей госпоже и продолжила, – Подумайте, моя госпожа, что вам, может быть, придётся всё время лечить этого ребёнка вместо того, чтобы развлекаться с ним.
После этого неожиданного выпада хозяйка Тритейлиона молчала, не пытаясь возразить своей служанке. И Семела поняла, что сбываются её самые худшие опасения – дар могут отвергнуть и ей придётся везти девочку обратно в город, она не получит своей доли, а самое худшее – ей придётся объяснятся с Исменой. Семела не собиралась так быстро сдаваться, она с вызовом глянула на свою противницу, взгляды женщин скрестились как кинжалы, но когда она заговорила, в голосе её не было металлических ноток, совсем наоборот:
- Госпожа, – мягко проворковала Семела, – это дитя провело всё лето в моём доме, и как видите, на ней нет тех ужасных волдырей, что описывала ваша любезная служанка. Вот, смотрите, – она спустила хитон с плеч Снежки.
Тело ребёнка действительно не имело никаких изъянов.
- А теперь, если вы позволите нам приблизиться, то сможете подробно разглядеть её лицо.
Госпожа Федра кивнула, давая разрешение, и они подошли почти вплотную к крыльцу.
- Вот, взгляните, – Семела взяла девочку за подбородок.
- Вижу. Лицо этого дитя прекрасно.
- Мне кажется, глаза её пусты и холодны, госпожа, – снова встряла служанка Федры.
- Ну что ты, Галена! Посмотри внимательней, таких лучистых глаз ещё поискать… Словно две серебряные чаши, наполненные чистейшей водой, в которых играют солнечные блики. А что касается нашего жгучего солнца, то во всей округе не сыскать той прохлады и тени, что дают сады Тритейлиона. Думаю, этому ребёнку будет здесь хорошо, – закончила Федра.
Услышав эти слова, Семела снова поклонилась, выражая, таким образом, полное согласие с мнением хозяйки Тритейлиона. Семела подавила в себе желание бросить победный взгляд на свою соперницу, она понимала, что неспроста эта женщина так свободно ведёт себя со своей госпожой, такие привилегии слугам даются после долгой и верной службы, поэтому не следует злить Галену. Семела предпочла обратить свой взор на маленькую рабыню: «По всей видимости, девчонке крупно повезло, недаром в доме Бута, она нашла яблоко в роге изобилия Тихеи». Семела погладила девочку по голове и притворно поднесла кончик своего платка к глазам, словно хотела промокнуть слезу.
- Как ты звала её, Семела?
- Левкея, госпожа. Я пыталась узнать её настоящее имя, но к сожалению, ни один эллинский язык не сможет повторит это звукосочетание.
- Я поняла, - кивнула госпожа Федра и задала следующий вопрос, – Говорит ли она хоть немного на койнэ?
- Говорит, госпожа, – она тут же обратилась к девочке, – Левкея, скажи что-нибудь госпоже.
- Господжа…
- Прекрасно! – засмеялась Федра, – Скажи ещё, что-нибудь. Что ты любишь? Что тебе большего всего нравится?
Снежка растерялась, никто ещё не задавал ей таких вопросов, и она неуверенно произнесла:
- Клумпа… красибо…нравица…
- Хорошо! – Федра бросила торжествующий взгляд на Галену, – Ещё, ещё! Говори! Не бойся!
- Бежать… Таврик…
Снежка плохо понимала, что хочет узнать от неё эта незнакомая госпожа. Она только смотрела на белые пухлые руки женщины и думала: «Наверно, если бить такими мягкими руками, то будет не очень больно».
- Таврик? О чём она говорит? – обернулась Федра к Галене.
- О Тавриске, это тот мальчуган, что принёс вам письмо, госпожа. Госпожа…
Но госпожа Федра уже не слушала свою служанку. Всё её внимание было обращено к маленькой рабыне, хозяйка Тритейлиона уже строила планы, как займётся воспитанием и обучением этой малышки. В какую благовоспитанную особу под её покровительством превратится это дитя через несколько лет.
- Тебе понравилось общество Тавриска? Ну, смотри, если ты будешь хорошо себя вести, то я позволю этому мальчику приходить играть с тобой. Ты поняла, что я тебе сказала?
- Да, господжа. Я буду играть с Таврисом, я буду хорошо играть…
- Ну, что ж…
Федра спустилась с крыльца, чтобы исполнить необходимый ритуал, заявить при свидетелях о своих правах на юную рабыню. Она взяла девочку за руку и возвела её на крыльцо. Семела отошла на несколько шагов и склонилась в прощальном поклоне, она бросила последний взгляд на свою бывшую воспитанницу и покинула террасу, девочка равнодушно смотрела ей вслед.
- Госпожа, не стойте так близко от ребёнка, у неё в волосах могут быть насекомые.
- Ты думаешь? – госпожа Федра немного отстранилась от девочки. – Позови Клитию.
