В этом аспекте, Джадсон знал, он никогда не сможет полностью разделить отношение его родителей. Оба они были отчаянно благодарны королевскому флоту Мантикоры за свободу его отца и не менее преданы Звездному королевству Мантикора за безопасную гавань и возможности, которые оно дало ему, но Патрик Генри Ван Хейл также помнил, что он был рабом... и что он был создан как "раб для удовольствий". Несмотря на то, что ему было всего лишь около девятнадцати стандартных лет, когда он был освобожден, он уже прошел через весь спектр того, что "Рабсила" эвфемистически называла "обучением". Лидия ван Хейл не проходила его... но она была единственной, кто потратил годы, помогая ему справиться - и пережить - бесчеловечную травму этого опыта.
Они никак не могли избежать этого, таким образом, рабство Патрика по-прежнему определяло то, кем оба они были, и это был опыт, которым Джадсон никогда не делился. Они никогда не зацикливались на этом, никогда не увлекались методами воспитания детей вроде "если бы только у меня все было так хорошо, как у тебя", но с возрастом он стал только еще больше осознавать эту разницу между ними. И, по мере того, как он также все больше осознавал жизненные шрамы, которые они оба вынесли с собой из опыта отца, его ненависть к "Рабсиле" и всему мезанскому только росла.
Что, как он знал, было еще одной причиной, по которой ему становилось все труднее проливать крокодиловы слезы по "жертвам" Баллрум.
Тем не менее, он был сыном своих родителей, и что бы он ни чувствовал, он никогда не смог бы оправдать непосредственную службу в Баллрум. Вот почему освобождение Факела изменило все.
Одиннадцать стандартных месяцев подготовки в королевском центре правоохранительных органов в Лэндинге в ходе его обучения в лесной службе принесли ему основательные навыки в правоприменительной деятельности и методах расследования, а его детство на Сфинксе и время, что он провел в чащах, привели к принятию его Чингизом. Насколько Джадсону было известно, только один бывший раб когда-либо был принят древесным котом, но было, вероятно, принято полдюжины детей бывших рабов, и он был одним из них. Когда возникло королевство Факел, Джадсон сразу понял, что люди с его набором навыков понадобятся там так же сильно, как и люди с навыками Харпера. На самом деле Факел, вероятно, будет больше нуждаться в таких людях, как Джадсон, хотя бы потому, что их было так мало.
Когда Джереми Экс отказался от тактики "террористов" Баллрум во имя Факела, испарилось последнее сомнение Джадсона. Он находился на следующем спонсируемом АРЛ транспорте, направляющемся на Факел, с благословением своих родителей, а Джереми и Танди Палэйн были рады видеть его... и Чингиза.
Он столкнулся с несколькими экс-представителями Баллрум (а некоторые, он был в этом почти уверен, были вовсе не в экс-отношениях с Баллрум), которые, казалось, считали его каким-то белоручкой. Почти дилетантом, который сидел на своей хорошо защищенной заднице в его тепленькой мантикорской жизни, пока другие люди делали тяжелую работу, которая в конечном итоге привела к существованию Факела. Все же таких было немного, и, как бы иногда Джадсон ни злился на них, он не винил их за это. Или, по крайней мере, мог видеть перспективу, чтобы справиться с этим, во всяком случае.
Он полагал, что во многом обязан этим влиянию Чингиза. Кот был с ним более пятнадцати стандартных лет, и он был лучшим собеседником Джадсона в течение всего этого времени. Это превратилось в невероятно богатую и удовлетворительную двустороннюю связь, когда они оба освоили язык жестов, разработанный доктором Ариф с помощью древесных котов Нимица и Саманты, и Чингиз пережил более чем одну вспышку настроения Джадсона за тот стандартный год, что они провели здесь, на Факеле. Для человека было не трудно потерять самообладание, зато древесный кот-компаньон мог отшлепать его за то, что позволил ситуации выйти из-под контроля.
И именно способность Чингиза полноценно общаться с Джадсоном сделала его телепатические возможности весьма ценными для Факела. На данный момент они были официально назначены в иммиграционную службу, хотя Танди Палэйн абсолютно ясно дала понять Джадсону, что это назначение носит характер вежливой фикции. Их настоящая работа состояла в том, чтобы следить за людьми, которые оказывались достаточно близко к королеве Берри, представляя собой потенциальную угрозу для монарха-подростка.
"Было бы лучше, если бы Берри позволила бы нам организовать для нее надлежащую охрану, - думал он сейчас со знакомым чувством недовольства. - В один прекрасный день ей придется понять, что она чертовски усложняет себе жизнь, будучи такой упрямой в этом. И если бы она была не таким милым ребенком, клянусь, я бы взял ее за шиворот и вбил в нее немного здравого смысла!"
Эта мысль принесла ему определенную степень удовлетворения... которое было лишь слегка подпорчено чирикающим смешком Чингиза на его плече, когда кот легко проследил знакомые мысли по своим заезженным психическим каналам.
