«Voyage au pays des fakirs charmeurs» par Louis Jacolliot, PARIS, 1880.перевод с фр.: Румилов С.Т. (~1883 г.), испр. и доп.Серия путевых очерков французского колониального чиновника Луи Жаколио (1837-1890) с традиционным названием «Путешествие в страну…» об Индии и других малоизученных местах Востока, пользовалась неизменным успехом среди европейской читающей публики в конце XIX века. Несомненно, она представляет определённый интерес и сейчас.В издании частично адаптированы к современным географические наименования и имена исторических личностей, дополнен текст перевода (по оригиналу), исправлены явные несоответствия и искажения.Существенные исправления и дополняющий перевод даны в <угловых скобках>; редакторские добавления — в [квадратных]. Приятного чтения!
Чандернагор — Ганг — Бенарес — Гостеприимство раджи — Факир Кавиндасами — Магнетизм и престидижитаторство — Чем кончают индийские медиумы —
После Пондишеры, из всех индийских городов наилучшие воспоминания у меня остались о Чандернагоре. Я любил эту нашу маленькую столицу на берегах Ганга. Здесь всё говорит вам о Франции. И нигде нет такой роскошной растительности, такого кроткого и прекрасного населения.
В 1867 году я нёс там обязанности председателя суда и решил при наступлении судебных вакансий в конце декабря посетить те из провинций, в которых я ещё не бывал.
Из Чандернагора я уехал 3-го января, отправившись на местном небольшом судне, снабжённом маленькой каютою. В конце месяца я был уже в священном Бенаресе.
Со мною были двое слуг: нубиец Амуду, сопровождавший меня во всех моих путешествиях и бывший моим доверенным лицом, и другой, который заботился о нашей пище.
Экипаж моего судна был невелик — т.е. рулевой и шесть гребцов из касты рыбаков.
Незадолго до заката мы причалили у лестницы Гаты, неподалёку от знаменитой пагоды Шивы.
Возможно ли описать волшебное зрелище, явившееся пред моими очами… Что может быть грандиознее и пышнее Бенареса?!
Когда любопытный путешественник поднимается вверх по Гангу, то прежде всего ему видны верхушки минаретов, которые возвышаются над громадами дворцов. Эти грациозные башенки живописно разбросаны по всему берегу на протяжении двух лье.
Невозможно остаться бесчувственным при виде дивной панорамы, которую представляют из себя храмы, башни, длинные колоннады, высокие набережные, террасы с балюстрадами, и всё это в сочетании с пышной листвой
Полное отсутствие правильного плана, различные виды архитектуры, смесь сурового и торжественного с лёгким и фантастичным придают иногда хотя и странный оттенок отдельным частям, но всё же общий [их] вид полон величия. Что же касается мелочей, то они так богаты разнообразием, так восхитительны и так тщательна их отделка, что европейцам трудно представить себе их красу, не увидав их собственными глазами.
Вместо набережных — гигантские лестницы, ступени которых спускаются к самым водам Ганга. Наверху их стоят Гаты, нечто вроде монументов, состоящих из четырёх колонн, соединённых между собою одним карнизом. От восхода до заката солнца эти лестницы покрыты толпами кули, которые разгружают и нагружают небольшие судна, снующие вверх и вниз по реке и доставляющие товары из Бенгалии, Европы и Азии.
На закате тысячи мужчин и женщин спускаются по ступеням Гат, чтобы совершить вечернее омовение в священных водах.
Что за восхитительные создания женщины Бенгалии! Не я один поклонник их красоты. Вот что пишет о них мой соотечественник де Жансиньи, бывший адъютантом раджи Ауда:
«Если только индусские женщины не изнурены тяжкими работами под палящими лучами солнца, то они почти все без исключения замечательно красивы.
У них крошечные ручки и ножки, движения полны свободной грации, большие томные глаза, волосы длинные и шелковистые, и удивительно тонкая и нежная кожа».
Женщины из касты браминов особенно выделяются своею красотою, и ни один скульптор или художник не найдут в них каких-либо недостатков.
Я приказал своему рулевому причалить у
И хотя последователи пророка и боролись против того, что они зовут идолопоклонством, но всё-таки они почитают этот священный город, внушающий им таинственный ужас.