Вместе с тем это был на редкость толковый специалист, один из самых талантливых компьютерщиков нового поколения, умевший входить в любые, даже закрытые системы.
– Опять не дали мне уснуть, – заявил Зиновий Михайлович, увидев Дронго.
– Я извинился, – начал оправдываться эксперт, – кто виноват, что у меня ночная работа. Просто удивительно, что вы такой ярко выраженный «жаворонок».
– Почему удивительно? – спросил Зиновий Михайлович.
– Все гениальные люди «совы», – пошутил Дронго, – а я считаю вас гением.
– Не подлизывайтесь, – рассмеялся Зиновий Михайлович. – Вы разобрались в переправленной мною информации?
– С божьей помощью разобрался, – кивнул Дронго, – признаюсь, с каждым днем это чудовище, называемое Интернет, страшит меня все больше и больше. Он, словно всеведущий ангел, знает ответ на любой вопрос. Если мы начнем учиться по Интернету и читать там все сообщения, то скоро каждый из нас окажется наедине со своим компьютером. И тогда виртуальный секс будет не такой уж далекой фантастикой.
– Выдумки это, – отмахнулся Зиновий Михайлович. – Интернет никогда не заменит личного общения.
– Вы неделями не выходите из квартиры, даже продукты вам привозит ваш сотрудник, а говорите, выдумки это, – сказал Дронго, опустившись на стул в единственной, свободной от компьютеров комнате.
– Убежден, компьютеры не могут заменить личное общение. И никогда не заменят человеческий разум. Только принятие нелогичных решений может привести к нужному результату. Но компьютер не умеет принимать нелогичных решений. Именно поэтому ваш разум я всегда ценил больше самого лучшего компьютера. Вы умеете принимать внешне нелогичные решения. Плюс ваша интуиция. Тем более что вы «сова».
– Не нужно возвращать мне комплименты, – засмеялся Дронго, – мы оба гении, на том и порешим. Хотя к этому слову я всегда относился скептически. Гений рождается раз в сто лет. Это Моцарт, Леонардо, Эйнштейн. Остальные просто ремесленники, мастерски пользующиеся своим талантом.
– Учту ваши высказывания насчет ремесленников, – улыбнулся Зиновий Михайлович. – Вам что-нибудь нужно?
– Как всегда. Вот список интересующих меня вопросов. Выясните – передайте мне на компьютер.
– Сделаю. Давайте ваш список. Знали бы вы, как противно копаться в этой грязи! Одно дело работать с интеллектуалами-хакерами, другое – проверять досье на уголовников. Откуда только такие экземпляры берутся? Такое ощущение, что их выращивают в специальном паразитарии.
– Тяжелое детство, плохая наследственность, несчастная судьба, – задумчиво проговорил Дронго, – причины могут быть любые. А в результате мы получаем животное, которое лишь условно можно назвать человеком.
– А вы не считаете, что таких нужно уничтожать еще в детстве?
– Не уверен, что это выход, – возразил Дронго, – кто знает, каким вырастет ребенок? Среди круглых сирот встречаются гении, которыми восхищается все человечество. А в самых благополучных семьях вырастают мерзавцы. Я уже не говорю о физических недостатках. Некоторые инвалиды, например, являют собой пример человечности, чего не скажешь о многих совершенно здоровых подонках.
– Тогда какой выход? Терпеть эту мразь?
– Не обязательно терпеть. Можно и нужно с ними бороться. Может быть, они тоже нужны. Как хищники, которые поедают слабых. Мне больно об этом говорить, потому что они приносят слишком много горя окружающим. Но должен быть естественный отбор. И у этих людей, возможно, свое предназначение. Может, на их примере бог учит людей добру. Без зла нет добра, так же, как без тьмы нет света. Добро и зло не философские абстракции, а вполне конкретные понятия.
– Вы оправдываете существование подобных мерзавцев? – удивился Зиновий Михайлович.
– Не оправдываю. Более того, я их терпеть не могу. Но они часть нашего общества. Человеческая жизнь непредсказуема. Мне приходится расследовать самые невероятные преступления, устраивать ловушки для хитроумных негодяев, маньяков, помогать честным законопослушным людям.
– И многим вы помогли? – поинтересовался Зиновий Михайлович.
– Думаю, многим, – осторожно ответил Дронго, – хотя я никогда не считал. Я добивался оправдания несправедливо осужденных, защищал слабых. Может, в этом и заключался смысл моей жизни? Как вы полагаете?
– Не знаю, – ответил Зиновий Михайлович, – но в любом случае вы поступаете правильно. И если помогли хоть одному человеку, значит, не зря пришли в этот мир.
– Иногда мне кажется, что я помогаю не тем, кому нужно, – признался Дронго, – бывает, что приходится выбирать между несколькими хищниками. Кто-то мне больше нравится, кто-то меньше, впрочем, все это ерунда. Вы правы. Если можно помочь хотя бы одному человеку, стоит заниматься этим грязным делом. Ну, я пошел, – он поднялся.
– Кофе хотите?
– Я не люблю кофе. А вы не умеете его готовить. Вечером позвоню.
– Надеюсь, не ночью, – проговорил Зиновий Михайлович.
– Не уверен, – сказал Дронго, – до свидания. Рад был с вами побеседовать.
В этот момент зазвонил его мобильный. Это был Романенко.
