Я встал из-за стола, желая лишь одного — размять затекшие мышцы. Ну, и от пасты тоже не отказался бы. Егор круто готовит. Полностью поддерживаю его стремление достичь высот на кухне какого-нибудь фешенебельного ресторана.
— Дедушка скоро приедет? — спросил я, спускаясь со второго этажа вниз.
— Он с утра чот обронил о назначении, деканом типа будет, — пожал плечами брат, — мож отмечает с коллегами на пенсионерской тусе.
— Он это заслужил, — согласился я, вспоминая разговоры в универе об этом. Если только Быкова его не подсядет. Пересекались несколько раз, коварная женщина, как коршун.
— Слух, видал нашу милую соседку?
О, я знаю этот взгляд…
— Нет! — я замотал головой, как собачка на приборной панели. — Нет и еще раз нет! Ты же ее не…
— Пока еще нет, — вставил брал и увернулся, когда я кинул в него мокрой тряпкой, которой вытирал столешницу от соуса. Блин, надеюсь, что это был соус…
— Ты на стероидах каких-то? Как можно столько сношаться, ты хуже кролика!
— Посмотрю я на тебя, когда попробуешь. Втянешься, за уши не оттянем!
Я пропустил его слова мимо ушей.
— Ты часом виагру не жрешь пачками? Ты в курсе, что изначально ее изобрели от стенокардии? Она вообще-то, здорово расширяет кровеносные сосуды. Смотри, как бы тебя ненароком не инсультнуло во время п-процесса.
— Во время секса, ты хочешь сказать? Чувак, называть вещи своими именами не преступление…
— Я знаю.
— Вот и чудненько, — он похлопал меня по плечу и посадил за стол, который мы только что убрали. — Садись уже, будешь хавать самые вкусные спагетти в своей жизни!
Пока брат накладывал нам пасту, (которая, между прочим, пахла крышесносно!) я думал о нашей соседке и о том, что брат планирует добраться до нее своими загребущими… э-э-э, руками.
— Так что на счет девчонки? — он словно мои мысли прочитал. — У тебя есть на нее какие-то виды?
— Что? — вот уж чушь! — Я ее даже не видел!
— А чего орешь? — он обвел вилкой мой силуэт в воздухе и прищурился. — Подозрительный ты какой-то….
— Отвянь.
Я начал увлеченно орудовать столовыми приборами, как будто не ел три дня. Вкуснотища!
— Да ладно, не трону я ее, тебе оставлю, — Егор задумался и прыснул со смеху, — если ты когда-нибудь к старости осмелишься заговорить с телочкой!
— Ха-ха… — я закатил глаза, устав от его подколов. — Я же сказал, мне не интересно, я ее ни разу не видел без балахона и капюшона.
— А я видел! — он изобразил жестами силуэт песочных часов. — Горячая штучка!
— Ты же сказал, что не…
— Ну, дык мое окно четко напротив ее. Видел всякое. Пару раз даже, глядя на нее, передернул, но это не считается.
Я выронил из руки вилку и с трудом сглотнул. Аппетит мигом пропал.
— Ты безмозглый рептилоид.
— О, кончай строить из себя святошу! — брат пожал плечами и продолжил уплетать свое блюдо. — Как будто сам лысого не гоняешь!
— Чего?
— Анька Сорокина вчера по секрету сказала, что, когда зашла в ванную принять душ после нашего… ну короче, она такая зашла, а ты там… — он показал жестом будто мастурбирует. — Ты хоть дверь-то закрывай, не один живешь!
— Иисусе… — (ну, вот опять!) я закрыл рукой лицо, захотелось провалиться сквозь землю и оказаться на противоположной стороне планеты. И пускай это будет середина Тихого океана, плевать! Все лучше, чем вот это все.
— Не ссы, она обещала больше никому не рассказывать.
— Она сразу же рассказала тебе.
Капец. Теперь я местный онанист. Пол универа уже в курсе, гарантирую.
Егор принялся убирать со стола, складывать посуду в посудомойку, о чем-то трепался, а я завис еще на разговоре о нашей соседке Ане Сорокиной. Иногда мы с ней даже разговаривали через забор. Ну, как разговаривали… говорили друг другу «Привет. Как дела?». Учитывая мои способности общаться с противоположным полом, я делал с ней успехи. А теперь можно забыть об этой девушке. Во-первых, потому что ее уже затащил в постель мой старший брат, по-любому не перезвонил, и ее обида на брата автоматически задевает и меня тоже. А во-вторых, она слишком много видела. И почему я, блин, не закрыл тогда дверь?
— Пошли со мной в тренажерку, — вдруг предложил Егор, поигрывая грудными мышцами. Тоже мне, любитель расхаживать топлесс. Он стал щупать свои плечи. — Бицуха чот сдулась, хочу к лету ее в форму привести.
— Ты свалил из универа, — напомнил я, — нам не нужно больше походить друг на друга. Ты, блин на год старше, а я за тебя вечно экзамены сдавал!
— Ну, ты же умный.
— Раз уж постоянно ведусь на твои уговоры, то, походу, не особо… — тихо пробубнил я.
— Пошли не ради меня, а ради тебя. Ты разве не хочешь выглядеть горячо? Красивые кубики на прессе — гарантия мокрых трусиков.
— А как тебе аргумент: «чтобы быть здоровым и хорошо себя чувствовать»? — улыбнулся я. У нас определенно разная мотивация для занятий спортом.
Дедушка зашумел в коридоре, с кем-то громко разговаривая, и мы с братом почему-то поднялись с мест.
— Если вы на счет пацана, я предупреждал его, чтоб был потише, но вы сами понимаете, гормоны…
С кем это он разговаривает?
Я выглянул в коридор и встретился с взглядом с Павлом Даниловым. Сухо поздоровавшись, быстро скрылся, чтобы он не узнал меня.
