Сессия подходит к концу, впереди последний экзамен и поездка с подружками в Испанию. Жизнь прекрасна?! Ага, размечталась. Да здравствует новый мир и… подготовка к поступлению в очередной вуз, а иначе… замуж неведомо за кого! И это всего лишь цветочки, ягодки начались в универе, на практике по менталистике…
© М. Андреева, 2016
© ООО «Издательство АСТ», 2016
Сессия – это зло! Вот как сейчас – весна, солнышко за окном, а я как проклятая должна корпеть над учебниками. Голова дымится от обилия впихиваемых в нее знаний, которые словно по волшебству выветриваются сразу же после сдачи экзамена. И были бы предметы толковые, а то… Вот спрашивается, на кой ляд мне, будущему специалисту в области экономики, нужна философия? Мать наук, блин. Но главное – я ее все же сдала! А значит, сегодня могу расслабиться. Остался еще один экзамен, и мы с подружками улетим в Испанию на целый месяц! Одни! Без родителей…
Вот так, витая в мечтах о первой в моей жизни самостоятельной поездке, распахиваю дверь в квартиру и… замираю на пороге. Родители в это время должны быть на работе. Но нет – из их комнаты доносится какая-то волнующая мелодия, и это странно.
Сумка с уже ненужными конспектами с моей легкой подачи приземляется на тумбочку, новые туфли, успевшие натереть ноги, улетают куда-то в угол. В такие вот моменты и ощущаешь в полной мере, как мало порой человеку надо для счастья. Ничего не давит, не жмет, напольная кафельная плитка приятно холодит ступни. Шлепаю в сторону родительской двери. Распахиваю и вновь замираю как вкопанная.
Нет, я еще могу хоть как-то принять тот факт, что мама могла рано освободиться, но вечно пропадающий в офисе отец? И что это за странный тип целует маме ручку?
– Э-э-э… Всем привет!
– О! – восклицает буквально лучащаяся счастьем мама. – Как хорошо, что ты уже пришла! У нас столько дел! Нужно собрать вещи, надо…
Она все говорит и говорит, а я ощущаю, что вот-вот произойдет нечто непоправимое. Почему вечно ревнивый отец совершенно не обращает внимания на то, что этот странный незнакомец проявляет внимание по отношению к маме? Неужели все уже решено? Неужели, как и многие вокруг, разведутся? Это невозможно! Они любят друг друга!
Гость в очередной раз облобызал мамину ручку, взглянул на пребывающего в прострации отца и направился ко мне. Приблизившись, остановился, как-то покиношному слегка склонил голову, коснувшись правой рукой края широкополой шляпы, и… указал взглядом на дверь. Ах вот оно что! Выйти ему, видите ли, надо. Ну да ладно, пусть чешет на все четыре стороны. Отхожу в сторону, освобождая проход, краем глаза замечая, что незнакомец, вместо того чтобы направиться к выходу, по-хозяйски прошествовал на кухню.
А у меня до сих пор перед мысленным взором стоят его глаза. Странные, как и весь его облик. Какие-то смеющиеся или просто самодовольные? Не поняла. Но цвет! Насыщенно-зеленый, с ярко-голубыми вкраплениями, смотришь в них и будто в теплую морскую воду окунаешься…
– Бр-р-р… – встряхнула я головой, прогоняя наваждение.
Да что ж это происходит-то? Нет, я, конечно же, слышала, что многих женщин после определенного возраста начинает тянуть к мужчинам помоложе, но чтобы моя мама? Эффектен, с этим не поспоришь. Лет тридцати. Неплохо сложен, правильные черты лица, завораживающий взгляд, плюс этот стильный прикид… Темно-коричневые брюки, заправленные в высокие замшевые сапоги, легкая шелковая рубашка нежно-зеленого цвета. Широкий пояс наподобие кушака, напоминающий фильмы про пиратов Карибского моря с Джонни Деппом в главной роли. Длинные русые волосы собраны в низкий хвост, а чего стоит эта шляпа?
А мама тем временем все щебечет. О том, что теперь все будет хорошо, что мы вернемся домой, что теперь нас ничто здесь не держит. Говорит, что безумно счастлива и даже не чаяла, что этот день когда-нибудь наступит… Но никакой конкретики: какой такой этот день? Чем он отличен от других? Куда мы вернемся? О каком вообще доме идет речь, если мы и так дома?
– Мам, а конкретнее можно? – пытаюсь перебить ее я. – Что произошло? Куда мы собираемся? И когда?
Реакция ее была неожиданной: взглянула на меня сияющими глазами, будто только заметила, всплеснула руками, подскочила и обняла, поглаживая по волосам. Нет, мы, конечно же, были очень дружной семьей в отличие от большинства моих знакомых, вот только таких порывов за мамой я что-то не припомню.
– Не спрашивай, доченька, – говорит. – Завтра все узнаешь. А то будешь вон как отец.
– Постой! Какое завтра? Но как же учеба? У меня же еще один экзамен впереди. И поездка… – освободившись из ее объятий, я отстранилась, пытаясь хоть что-то прочитать на ее лице. Увы, ничего, кроме странно блуждающего взгляда лучащихся счастьем глаз и улыбки на губах, я не увидела.
– Ой, – как-то беззаботно отмахнулась она. – Суета сует. Забудь, – продолжала сиять мама. – А сейчас собери все необходимые и дорогие тебе вещи.
– К-как это забудь? – уставилась я на нее.
– Мы сюда не вернемся, – бросила коротко мать и, что-то напевая себе под нос, принялась перебирать вещи в одном из ящичков комода.
