Ох, знаю я таких людей. Его сейчас хоть железом пытай, все равно ничего не скажет. Вон как губы сжал, да руки на груди сложил, ожидая, когда я же закончу свой допрос и пойду, наконец, спать. Меня сплавит, а сам в башню пойдет, несмотря ни на какие угрозы быть отчисленным. И что он там забыл… Видимо, что-то серьезное. С таким отрешенным лицом на свидания не бегают, да пакости не устраивают. Надеюсь, он хоть не прыгать там из окошка собрался? Впрочем, все равно дело это гиблое, да заранее на провал обреченное — магистры давно уже позачаровывали тут все. Чтобы внезапно вселившиеся в нерадивых учеников духи не поубивали их, лихо спрыгнув с окошко прямо в росшую под стенами траву.
Я еще раз внимательно взглянула на молодого мужчину, но в его облике ничего не изменилось: с одинаковым успехом он мог идти туда как на поединок, так и сочинять сонаты во славу какой-нибудь барышни.
— Стой тут, — хмыкнула я. Ничего, переживет мое общество. Если надо, даже подсоблю чуть-чуть: рифму там подскажу или подтолку слегка на краю — а то любят некоторые взобраться на зубец стены, да трястись, не решая шагнуть в пустоту. Ну а я, заодно, сеть подновлю, а то чего-то зашевелилась нежить на пустоши около Университета. — Только попробуй куда-нибудь уйти, сразу декана позову, — уже на ходу пригрозила я и убежала искать магистра Сивьерн, чтобы сделать то, что могла бы сделать намного раньше — то есть предупредить, что потащу студента на крышу.
— Неужели смылся? — раздосадовано пробормотала я, уже, наверное, в третий раз окинув взглядом темный и абсолютно пустой коридор. И ведь даже поисковый огонек за ним не пустишь: камни здесь уже настолько пропитались магией, что такие простые заклятья ночью просто искажаются. А на экранирование заклятия я потрачу больше сил, чем на само заклятие, что совсем ни в какие ворота не лезет. Только вот случись с ним что, мне же и отвечать придется…
— Не дождешься, — хмыкнул парень, оттолкнувшись от стены за статуей какого-то магического деятеля. И как я его только не почувствовала? — Ну, я могу идти? И так уже половину ночи потерял.
— Я с тобой пойду, — поставила я перед фактом Руана.
— Ты-то что на крыше забыла? — вскинул бровь молодой человек, но возражать особо против моего общества не стал. Смирился, видать. Развернувшись, он быстро зашагал к лестнице, но на повороте обернулся, чтобы убедиться, что я, конечно же, иду следом за ним.
— Говорят, ночной воздух полезен для здоровья. Вот и решила проверить его целебные свойства.
— Сон тоже полезен для здоровья, вот его бы целебные свойства и проверяла бы.
— Да тут осталось спать-то всего два-три часа. Уже проще совсем не ложиться, чем завтра как разбуженный упырь ходить — с кругами под глазами, сонной и злой.
— Кстати, насчет упырей. Не боишься одна здесь ходить? — кинутый на меня внимательный взгляд даже заставил меня насторожиться. И как оказалось не зря: Руан, понизив голос, поведал мне "страшную тайну" нашего факультета: — Говорят, где-то на верхних этажах обитает чудовище, питающееся юными красивыми девами.
— Да? — подыграла я ему, изобразив удивление. — Хорошо, что предупредил, в следующий раз возьму кого-нибудь из группы, чтобы отвлек внимание на себя.
— А себя ты, стало быть, красивой не считаешь?
— Считаю. Временами, — хмыкнула в ответ я. — Ты действительно хочешь об этом поговорить? Тогда тебе надо на чаепитие к какой-нибудь принцессе. Фрейлины тебе все уши прожужжат и про красоту, и про платья, и про косметику, и про погоду.
— А ты?
— А я похожа на фрейлину? — риторически вопросила я и толкнула небольшой люк, ведущий на крышу. Тот хоть и с трудом, но поддался. Особенно, когда Руан взялся помочь.
— Ну, пиши свои стихи, или что ты там собирался делать, — милостиво разрешила я, и отвернулась.
— Благодарю, — прилетел мне в спину язвительный ответ вместе с шуршанием листов. Что, действительно, что ли, стихотворением тут решил заняться? Впрочем, мне какое дело? Меня сюда привела сеть, вот и пора бы ей было уже заняться.
Примерившись, я не слишком изящно закинула ногу на камень стены, и, оттолкнувшись от каменного пола, забралась на зубец. Осторожно подошла к краю и, чуть наклонившись, взглянула вниз. Высота так и завораживала, манила шагнуть в пустоту и хоть на несколько секунд, но ощутить свободу полета. Тем более что земли казалось, что и нет: у подножия здания клубился сизый туман.
— Я прыгать не собираюсь, можешь не ловить, — качнула головой я, заметив краем глаза, что Руан аккуратно подкрадывается сбоку ко мне.
— И не собирался, — отозвался нисколько не смущенный фактом своего обнаружения парень. — Тут просто света больше.
Я демонстративно задрала голову, взглянула на почти полную луну, висевшую прямо над нами, но промолчала. Ну хочется, пусть тут сидит, главное, чтобы не мешал.
Чуть отойдя от края, я закрыла глаза, глубоко вздохнула и расслабилась. Прошло, должно быть, не меньше пяти минут, когда, наконец, привычная темнота стала постепенно наливаться красками тысячей нитей.
