– Та дрянь, которую мы встретили в Подречье. Я уверен, что виной всему люди. Не знаю пока, кто, но я твердо намерен это выяснить. Судя по расползающимся слухам и тому, что случилось с Шаркендаром, происходит это повсюду. А значит, умный человек найдет способ обернуть это в свою пользу. Особенно, если узнает о происходящем заранее и выяснит причины.
– А то, что мертвецы встают, тебя совсем не волнует? – спросил Брак.
Столь приземленный подход к тому, что целый месяц заставляло его просыпаться по ночам и шарахаться от мирно спящих людей, калеку здорово покоробил. Одно дело – когда друг другу гадят живые люди, со своими заморочками и стремлениями. Совсем другое, когда ты своими глазами видишь катящуюся по полу голову ребенка, пока его мать пытается загрызть твоего напарника. Это цепляло за живое.
– Брак, ты недавно в лесу, – внезапно подал голос Кандар. – В степях и на севере такое встречается редко, но здесь частенько творится всякое, от чего волосы на заднице встают дыбом и норовят сбежать. Бурелов, Каренфальское болото…
– Он прав, – поддержал его Везим, к вящему удивлению остальных, – Мертвецы – это страшно, дико и опасно, но хотя бы понятно. Они встают, хотят тебя сожрать, ты бьешь их по голове, они умирают.
– Шарки, – перебил его Жердан Младший. – Назовем их шарками.
– Они отняли у старика жизнь, а он отнимет у них…
– Имя. Мы всем расскажем.
– Никто их так не будет называть, – буркнул Везим, недовольный тем, что его прервали. – Будут тварями, дохлятиной или бегунками. Вы по себе знаете, каково с фантазией у здешнего люда.
– Расскажем…
– Гхм. Никто никому не расскажет, – отрезал Раскон. – Нас в Подречье не было, с мертвецами мы не сталкивались. Завтра поутру утопим скраппер в каком-нибудь глухом месте, а на любые вопросы будете посылать ко мне. У Шаркендара прихватило сердце на перегоне, горжа врезалась в берег и разворотила нос. Мы кое-как залатались и движемся на ремонт. Если кто скажет хоть что-нибудь другое…
– Скраппер обязательно топить? – разочарованно спросил Брак. Ему было безумно жаль гробить свое первое творение в качестве свободного механика. К тому же, оружие вышло на удивление ладным, да и спасло их всех, пройдя жесточайшую проверку боем.
– Можешь расплавить, если сил хватит. – ответил фальдиец. – Заодно нос облегчим.
– Зачем картечницу…
– Гробить? – недоуменно спросил Жердан. – Сам же ее купил.
Везим отвернулся и начал править лезвие топора. Брак промолчал, а фальдиец едва заметно поморщился.
– Представь себе картину, друг, – принялся вещать Кандар, даже привстав ради этого с кресла, – В Подречье с небес спускается цеп. Большой такой, величественный. Или приплывает горжа, куда менее величественная, но тоже большая. Или даже крохотная лодочка с парой охотников, груженная головами тех самых фелинтов. И какая же картина откроется их изумленным глазам, когда они подберутся поближе?
Сероглазый патетично взмахнул руками и сделал большие глаза.
– Поселок сожжен, повсюду трупы, на берегу следы большого плота. А частокол, земля и чудом уцелевшие дома изрешечены из какого-то тяжелого оружия, подозрительно похожего на скраппер.
– Хватит паясничать, Кандар, – нахмурился Раскон, – Они прекрасно все поняли.
Судя по недоумевающему виду братьев, зерно истины в последнем утверждении отсутствовало, но уточнять они постеснялись. Младший вновь принялся терзать хорпу, а старший затянул какую-то донельзя унылую и протяжную балладу про неразделенную любовь, догорающую горжу и невероятно долгую смерть от удара ножом в живот.
– Починимся, заполним баки и уйдем на юг, – вслух размышлял Раскон. – Так многие по осени делают, вопросов не будет. Там отсидимся с месяц и вернемся с первыми льдами. Как раз с поселков начнут возвращаться люди, всем точно будет не до нас. Да и за месяц всякое может случиться, особенно, если эта зараза распространилась по всему западу… Не вовремя, конечно. Как же невовремя. Хотя…
– А как же твои слова о том, что умный человек сможет этим воспользоваться? Выяснить причины, что там еще было? – с любопытством спросил внимательно слушающий его Кандар. – А вместо этого мы драпаем на юг, кормить москитов и крутить хвосты крокодилам?
– Одно другому не мешает, – возразил Раскон. – А насчет причин…. Гхм. Брак, можно глянуть на твой нож?
Озадаченный вопросом калека пожал плечами, но протянул клинок фальдийцу. Тот покрутил его в руках, с особым вниманием изучив серебристый шарик на торце, после чего вернул нож обратно.
– Ты спрашивал, почему меня не волнуют мертвецы? Как раз поэтому. Один хороший удар в затылок – и все. Неожиданно, когда никто ничего не знает – они безусловно опасны. Наверняка в Подречье произошло что-то подобное. Кого-то зашибло бревном, потом мертвец загрыз еще кого-нибудь…
– Шарк.
