Помню, как магией подняла ей забрало. Глаза её уже не были на предписанных природой местах. Лишь один глядел на меня — раздувшийся, неестественный, искажённый мутациями до невозможности.
И сейчас, когда я стояла возле доков, наблюдая за покачивающимся на волнах оторванным копытом, пришло озарение: если не для меча, то, по крайней мере, для кинжала крови было вполне достаточно.
Воспоминание рассыпалось, оставив меня потрясённой. Я попыталась докопаться до того, что произошло в дальнейшем, но там, где должны были быть воспоминания, осталась только темнота.
Дитзи потребовалось меньше минуты, чтобы облететь обломки и ящики, плавающие в воде, и вот наш дружелюбный гуль уже стоял передо мной, с глазами, разбегающимися в разные стороны, улыбкой на морде и СтелсБаком в копытах.
Я очнулась от своих мрачных дум и добавила СтелсБак к прочему оборудованию, которым собиралась экипироваться. Меня трясло. Что произошло со мной, что я могла спокойно смотреть на оторванную конечность бедной пони, и мне не хотелось закричать? Эквестрийская Пустошь отравила мою душу.
Над нами зловещий Хищник дал залп по короне статуи Дружбы, окутав одну из снайперских позиций смертоносной магией. Я потянула Дитзи Ду за собой, ища укрытие от обломков медной обшивки статуи, пролившихся вниз, словно куски горящей плоти.
Каламити спланировал к нам, уворачиваясь от падающих обломков, и бросил к моим копытам два комплекта брони Анклава, уже освобождённых от тел пегасов, сражённых выстрелами снайперов.
— Два? — удивилась я. — Но я не смогу носить такой. Затем сухо уточнила: — Рог. И нет крыльев.
Дитзи Ду ткнула меня копытом.
— Что? — Я округлила глаза, когда до меня дошло. — Постой. Дитзи, ты не можешь пойти с нами! Мы отправляемся в самое пекло!
— Ей больше двухсот лет, — напомнил мне Каламити. — Так что она вполне может о себе позаботиться, мисс два-месяца-как-из-Стойла.
Дитзи Ду пристально посмотрела на меня, когда взрывы сотрясли остров. Каламити вскинул Гром Спитфайр, ловя на мушку боевой фургон, ведущий бомбардировку.
— Хорошо. Ты идёшь с нами, — согласилась я, вставляя СтелсБак в свою ПипНогу и запирая всё, что мы не могли взять с собой, включая боевое седло Каламити, в ближайший ящик. — Собирайся.
Дитзи Ду отсалютовала мне копытом и начала одеваться, пряча своё сверкающее искалеченное тело в чёрной насекомоподобной броне.
* * *
Пока Каламити c Дитзи Ду, замаскированные под солдат Анклава, несли нас ближе к чёрной пасти ангара атакующего нас Хищника, моя ПипНога уловила новый сигнал, который не был очередным зацикленным Анклавовским радиовещанием, и расшифровала его. Я обнаружила, что слушаю внутрикорабельную военную частоту пегасов.
Каламити приземлился на нижней палубе Хищника, сбрасывая невидимую меня вместе с сумками на чёрный металлический пол, расчерченный линиями посадочных огней. После чего побежал к двери ангара, ища глазами терминал. Я следовала за ним, а Дитзи Ду прикрывала наши спины, пока он пытался открыть дверь. Как и следовало ожидать, у терминала был облачный интерфейс. Я могла помочь ему лишь советами, в очередной раз не способная ничего сделать с терминалом сама.
Дитзи Ду исполнила маленький танец в своей броне. Очевидно, она тоже принимала эту передачу. Восстание второго Хищника привело её в восторг.
— Ещё чуть-чуть, почти! — кряхтел Каламити. Я вернулась к терминалу, сканируя его содержимое. Где-то там был искомый пароль.
Две неудачные попытки — и мы нашли пароль. Прагматизм.