Вот книга с именем Дамблдора на обложке. Голубая, с серебряным тиснением. Первый вечер в Хогвартсе. Сказанные им “несколько слов”. Баллы Гриффиндору за их маленькое героическое приключение, которое, как совершенно ясно теперь, он сам же и устроил. Турнир Трех волшебников. Речь в память о Седрике Диггори. Площадь Гриммо. Брегович. Малфои. Министерство. Венчание. Турнир. Астрономическая башня. Смятая постель и гора подушек. Узловатая волшебная палочка. Белая гробница на берегу Черного озера.
Вот книга Гарри. У нее зеленый переплет и золотые буквы. В ней много страниц, намного больше, чем в любой другой. Она не будет их смотреть. Не станет. Не сейчас. Ей только нужно пролистать книгу до конца. До последней страницы, на которой замерли в последней сцене Волдеморт и Гарри, сраженный зеленым лучом смертельного заклятия. С подписью “Последний крестраж”. А теперь аккуратно вырвать страницу из книги. Начисто, не оставив и клочка бумаги. Сложить в четыре, восемь, шестнадцать раз и убрать в шкатулку. Маленькую черную шкатулку. Запереть на ключ и спрятать в самом темном углу библиотеки, на самой дальней полке, там, где слой пыли укроет её покрывалом забвения.
Очередная книга. Ослепительно-белая, с отделанными тонкой серебряной вязью углами и инкрустированная изумрудами. Парадоксально, но, когда Брегович только учил её этой технике окклюменции, его книга была чёрной – неизменными остались лишь серебро и изумруды. Тогда она была тонкой, наполненной лишь случайными, подсмотренными улыбками, предназначенными не ей, презрительными взглядами и бесконечными списками брошенных в её сторону оскорблений. Теперь же она едва ли уступает по толщине книге Гарри, и вся пронизана светом.
Малфой возник из воздуха ровно в тот момент, когда Гермиона захлопнула белую книгу, намереваясь убрать её обратно на полку памяти.
Безупречный чёрный костюм. Чёрная шёлковая рубашка, наглухо застегнутая на все пуговицы. Тугой узел галстука. И пронзительно-серые глаза, обжигающие её ледяным холодом.
- У меня мало времени. Что ты хотела? – что ж, айсберг в голосе отнюдь не уступал глазам.
Какого черта?!
Но часы, потраченные на окклюменцию, не прошли зря, и Гермиона ответила ему не менее холодным взглядом.
- Во-первых, я хотела узнать, как все прошло. Вчера, – и её подбородок гордо взлетел вверх.
Нет, она ни капли не сомневалась в своём плане. Она прекрасно спала ночью. У нее великолепный аппетит. И ей нет совершенно никакого дела до этого напыщенного болвана, который не соизволил ей сказать ни слова. Вовсе нет.
- Превосходно. Темный Лорд восхищен моими талантами и небывало доволен успехом. Снейп покинул Хогвартс, его подозревают в соучастии, и присоединился к Пожирателям. Поздравляю, Грейнджер, ты собственноручно увеличила их число еще на двоих. Довольна? – Малфой выплевывал слова ей в лицо, надеясь то ли задеть, то ли сделать больнее, хотя скорее и то, и другое вместе.
- Я довольна, Драко, – она подошла близко. Слишком близко. Достаточно близко, чтобы ощутить чужое дыхание на своём лице. – До тех пор, пока ты будешь говорить “их” и отделять “их” от “нас” – я довольна.
Безупречные точеные черты исказились гримасой – не то боли, не то отвращения. К ней?.. К ним?.. Самому себе?..
- Зачем ты делаешь это со мной, Грейнджер?.. – его голос звучал тихо. Слишком тихо, но она все равно расслышала каждое слово. – Зачем ты делаешь это со всеми нами?..
- Не я все это начала, – она покачала головой. – Не я возродила этого проклятого Лорда. Не я призвала в ту ночь твоего отца на кладбище. Не я угрожаю людям уничтожить всех, кто им дорог, чтобы получить то, что хочу.
- Разве?.. – он манерно, демонстративно выгнул левую бровь. – Мой отец делает все, что ты хочешь. Ты спасла его от провала миссии в Министерстве и сделала правой рукой Темного Лорда. Ты сделала меня убийцей Дамблдора, тем, кто помог Пожирателям смерти проникнуть в неприступный Хогвартс и привёл в Малфой-мэнор связанную Гермиону Грейнджер. Ты сделала Снейпа пособником отравителя и вынудила его присоединиться к Пожирателям. Сколько еще, Грейнджер? Сколько ещё своих марионеток ты возведешь на вершины его власти?
- Столько, сколько смогу, – отрезала Гермиона. – Навряд ли многих. Розье и Паркинсон, кажется, не безнадежны. Гринграссы, если решат нарушить свой нейтралитет. Возможно, Нотт-младший. Но это будет зависеть не от меня.
- А с остальными, Грейнджер? Что ты будешь делать с остальными? – Малфой прищурился. – Настоящими Пожирателями смерти, которым нравится убивать? Пытать? Насиловать? Теми, кто на самом деле считают, что этот мир нуждается в том, чтобы его искупали в грязной маггловской крови?
- Они разделят судьбу своего хозяина, – ни капли сомнений. Ни джоуля тепла в карих глазах, которые когда-то, сотню, тысячу лет назад казались расплавленным шоколадом.
