Но все остальное… Увиденное ожесточило её еще больше, и только укрепило в намерениях в отношении зелья. Эти мрази не достойны даже называться людьми, и уж тем более волшебниками. Волдеморт говорил об очистке магического мира? Что ж, он её получит.
Подсмотренные картины происходящего в Малфой-мэноре вновь воскресили в памяти Гермионы рассказ мадам Клод о том, что творилось в Первую магическую войну. Теперь Гермиона осознала то, о чем говорила вейла, куда лучше.
Но, несмотря на то, что жизненного опыта у нее было совсем немного, гриффиндорка была не настолько наивной, чтобы не понимать, что последует дальше. Это сейчас ПСы забирали с собой девушек и женщин во время рейдов, довольствуясь своей добычей и утоляя первый голод безнаказанности и вседозволенности. Пройдет совсем немного времени, и они шагнут на новый уровень – оставляя это “развлечение” не только для себя, но и предлагая другим, и в конце концов развернется настоящая торговля “живым товаром”. Это было внове для волшебного мира, строго ограниченного законами Министерства и Статутом о секретности, но в мире магглов, увы, торговля людьми, и особенно – женщинами, была вполне обычным, хоть теперь и осуждаемым, явлением. И едва ли Пожиратели смерти окажутся настолько щепетильны, что побрезгуют этим способом заработка и удовлетворения собственных прихотей только оттого, что якобы магглы додумались до этого первыми.
Мадам Клод не напрасно завела тогда разговор на эту тему и намекала на то, что может помочь. Она имела в виду вполне конкретные вещи, и, раз уж вскоре Министерство окажется не в состоянии исполнять свои обязанности должным образом, стоило, наверное, подумать о том, что они могли бы сделать своими силами. Разумеется, заниматься этим сама Гермиона не могла: поиск и уничтожение крестражей были куда важнее. Это было решением проблемы, тогда как все остальное – лишь временными мерами, которые могли бы лишь немного облегчить положение и кому-то помочь. Но это не значило, что ими стоило пренебрегать.
Идея пришла в голову будто сама собой, и показалась ей удивительно изящной. Это было почти то же самое, что они провернули на Астрономической башне. То же, что делал Драко для того, чтобы вытаскивать из Малфой-мэнора пленников. Все должно быть не тем, чем кажется. Все должно казаться намного худшим, чем будет по сути. Обман. Спектакль. Фарс.
Интересно, каковы цены на недвижимость в магическом мире?.. Раньше этот вопрос не очень интересовал Гермиону, поскольку покупки такого масштаба были ей явно не по карману. Но теперь дело обстояло иначе: для осуществления её плана понадобятся два дома, и желательно немаленьких, и это помимо сопутствующих расходов, о которых гриффиндорка имела весьма смутное представление. Конечно, она могла бы узнать при желании… но начинать нужно отнюдь не с этого. Самое главное – это человек, который справился бы с этой задачей. А главное, захотел бы справиться. И если в первом Гермиона почти не сомневалась, то во втором была более чем не уверена.
Сириус Блэк.
Когда необходимо, умеющий быть высокомерным и заносчивым.
Получивший достойное воспитание и соответствующие манеры.
С достаточно плохой репутацией, чтобы его приняли в нужных кругах.
Отважный и благородный, а еще – несколько обязанный ей своим спасением от Азкабана два года назад, чтобы хотя бы рассмотреть её сумасшедшее предложение и не отмахнуться сразу.
Пришлось ждать довольно долго, пока в один из теплых летних дней он, наконец, не появился в Норе на традиционный обед и по совместительству собрание Ордена в компании Грозного Глаза, целиком, впрочем, поглощенного разработкой планов по эвакуации Гарри из дома на Тисовой улице.
Утащить Блэка вглубь сада под предлогом разговора о Регулусе не составило труда. Пока Рон по предварительной договоренности отвлекал на себя всеобщее внимание, Гермиона незаметно дернула Сириуса за рукав и показала глазами на выход. Он все понял правильно, и уже через пять минут заговорщики встретились под большой яблоней в саду.
Гермиона начала издалека: не вдаваясь в подробности, уточнила, не видел ли Сириус на Гриммо в вещах брата медальона со знаком Слизерина. И в тот самый момент, когда она описывала медальон со слов Гарри, Гермиона осознала, что она сама видела его, своими глазами – год назад, во время очистки шкафов на Гриммо. Его тогда не смог никто открыть и они… Мерлин, они выбросили его!.. В этот момент ей захотелось поднять лицо к небу и взвыть во все горло. Идиоты!.. Какие же они идиоты!..
Сириус с любопытством наблюдал за девушкой, которая сначала весьма сумбурно что-то объясняла про вещь Регулуса, которая им зачем-то внезапно понадобилась, а потом внезапно побледнела, как будто боггарта увидела. Сам он про медальон не помнил – семейные реликвии его мало интересовали.
- Гермиона, с тобой все нормально? – наконец участливо спросил Блэк.
