Руки Селима прижали салфетки к влажной груди Пелин. У Эмира внутри все натянулось, сжалось, сердце стало стучать по грудной клетке. Пелин наклонила голову в бок, от чего лямка с ее плеча спустилась вниз. Эмир перевел взгляд на ее тонкое острое плечо, посмотрел на спавшую лямку. Хотел ее поднять, но это сделал Селим. Чем дольше Лейла наблюдала за Эмиром, тем яснее становилась ее голова. Прошло не более минуты, но Эмир будто вечно блуждал глазами по коже Пелин. Пелин распустила волосы. Эмир скользнул взглядом по ее тонким локтям, по ее светлым волосам, которые теперь сливались с цветом платья.
– Ужасная ситуация, хорошо, что мои длинные волосы все спрячут, – усмехнулась Пелин.
Селим с улыбкой ущипнул ее за подбородок и повернулся к Эмиру. Эмир тут же отвел взгляд, но Селим успел заметить это. Он напрягся, все внутри сжалось от ревности. Эмир стал ковыряться в тарелке, словно ничего не произошло. Но он чувствовал, как Селим смотрит на него. Селим перевел взгляд на Лейлу, которая отвела взгляд от Эмира и посмотрела на Пелин. Теперь он убедился, что это не его фантазии. Он прочитал то же в глазах Лейлы. Ту же ревность, те же догадки.
– Так что, не ответишь, с чего ты это решил? – Пелин снова обратилась к Эмиру. – Что я что-то там нашептываю Селиму?
– Неважно, – Эмир посмотрел на нее. – Чего привязалась ко мне? Прекрати думать обо мне, – внезапно он стал нервным. – Лучше подумай, повспоминай своего умершего отца.
Пелин расплылась в улыбке.
– Извини, – Эмир удивился своей грубости. – Вырвалось. Твой муж заставил меня понервничать.
– Так грубо, Эмир, – разочаровано прошептала Лейла.
– Что за?.. – Селим усмехнулся. – Отец Пелин жив.
Эмир резко выпрямился и посмотрел на нее. Пелин ответила ему улыбкой, в духе «я так и знала».
– Кто еще о ком собирает информацию?– довольно протянула она.
– Информацию? – Селим рассмеялся. – Какую чушь снес! Ты идиот, Эмир.
Все это время Эмир смотрел на Пелин и осознавал, как она круто сыграла им этим вечером. Как обвела вокруг пальца. Он смог сложить дважды два. Пелин с улыбкой отпила вино из бокала, не сводя взгляда с растерянного Эмира. Пока Лейла и Селим обсуждали подачу еды, Эмир и Пелин продолжали смотреть друг другу в глаза.
Элиф изрядно выпила за этот вечер. Она перестала слушать разговоры друзей Бату, ее взгляд был где-то там, вдалеке. Все вокруг стало мутным, стало двоиться, стало неважным. Ей было необычайно жарко и весело. Кто-то смеялся, кто-то продолжал оживленно рассказывать что-то, но Элиф видела и слышала это где-то вдалеке, спускаясь куда-то внутрь себя.
– Элиф, ты слушаешь? – Бату взял ее за руку. – Ты покраснела.
– Да, я тут, – она пьяно улыбнулась, – выпила лишнего.
– Бывает, – засмеялся Бату.
– Так вот, Эсра вроде бы была зачинщиком этих разговоров. Я ей сразу сказал, что зря она вышла из рехаба… Вышла и стала сочинять эту чушь.
Элиф посмотрела на того, кто это рассказывал.
– Рехаб?
– Клиника, где лечат наркологическую зависимость, – ответил Бату.
Элиф резко сделала вдох и мысленно перенеслась в далекое прошлое. Спустилась к самым потаенным воспоминаниям.
Вокруг было темно и влажно, все прошедшие дни были дождливыми.
– Пелин, открой глаза!
Но каждый раз, когда Пелин открывала глаза, они начинали закатываться. Она держалась хрупкими руками за дрожащую сестру. Элиф снова делает глубокий вдох, и вот Пелин уже уносят на носилках в машину скорой помощи.
– Ах, моя Пелин, моя дочь!
Элиф с ненавистью смотрит в сторону отца. Он садится в машину к Пелин и берет ее за руку. По щекам Элиф текут слезы. Она снова вздыхает, и вот уже лезвие скользит по ее запястью.
– Ало! Элиф вызывает Стамбул!
Лицо Бату становится четким перед ее глазами. Элиф смотрит на удивленное лица парней, рассматривает стены ресторана. Здесь стало еще жарче.
– Тебе жарко? Давай выйдем? – предлагает Бату.
Элиф соглашается. Они выходят на улицу и спускаются к воде. Элиф надевает свою куртку и подходит к волнам. Ее каблуки тонут в песке, но она продолжает идти, ступая уже по мокрому песку.
– Так свежо! – смеется Элиф. – Волшебное место!
Ледяные волны окатывают ее ноги. Бату останавливается позади, застегивая куртку. Элиф выдыхает наружу все, что вспомнила сегодня. Она раскрывает руки и падает прямо к волнам. Ее платье становится мокрым вместе с курткой. Ледяные волны окутывают хрупкую девушку. Бату бросается к ней. Элиф звонко смеется и тянет к нему руки:
– Я чуть-чуть!
Ей так радостно. Бату с удивлением наблюдает за ее безумством, сам не замечая, как улыбка застывает на его устах. Какая она живая, эта Элиф. Какая невообразимая. До банальности естественная в своей простоте. Он смотрит на ее улыбку, как ее тонкие пальцы путаются с водой, как только накрученные волосы становятся мокрыми. А ей все смешно.
– Выходи, ты замерзнешь!
Он хватает ее за ладонь, а она тянет его на себя. Элиф жарко от вина, холодная вода не смущает ее. Бату с ужасом ощущает, какая ледяная вода на самом деле. Он хватает Элиф за талию и тащит ее на песок, куда они оба падают – мокрые и смеющиеся.
– Как мы теперь вернемся в таком виде в ресторан? – смеется Бату. – Я в шоке.
