Как позже выяснилось, доносились запахи из района кожевенных производств и чумных кварталов, расположенных как раз на том берегу Тибра, вдоль которого летающий паладиноносец двигался к центру святого города. Амбре просто сногсшибательное. Даже святой отец, перекрестившись, сдвинул рычаг повыше, ибо никакая религиозность, даже запредельная, не выдерживала встречи с вот такой вот грубой действительностью.
– Рим? – стукнулся в отделяющую кабину пластиковую перегородку какой-то монах. За несколько суток полета пассажиры изрядно осмелели… Или просто устали бояться. – В самом деле мы за считаные дни перенеслись едва ли не через половину мира, и под нами уже сам святой Рим?
– Пока не уверен. – Алекс с неудовольствием разглядывал то, что местные жители по праву считали крупнейшим на всей планете мегаполисом. Карта, которую загрузил ему Вячеслав, и вид из окна решительно не совпадали. – Может, другой какой клоповник. Здесь же и миллиона жителей не разместится, вот зуб даю. Наверное, просто другой город, а ваш святейший стул, то есть, тьфу ты, святой престол, будет дальше.
– Да нет же, это Рим! Я узнаю папский дворец, он один имеет такие прекрасные шпили и сад! – уверенно ткнул пальцем непонятно куда сидящий за штурвалом инквизитор и потянул машину вниз. – Да и Колизей стоит там, где надо! Нет, вообще арен от наших диких предков-язычников, ныне погловно варящихся в адских котлах, осталось предостаточно. Но таких крупных больше ни в одном городе не строили!
– М-да, ну, значит, готовьтесь к десантированию, летучие грязнули! – скомандовал Алекс пассажирам, внутренне поморщившись. Паладины не видели ничего дурного в том, чтобы при необходимости справить нужду в уголке машины. И то, что им на ней еще лететь далеко и долго, их просветленные святым писанием умы не волновало ни капли. – Привести себя в парадный вид, сейчас вы предстанете перед своим наивысшим начальством!
– Мы уже на небесах? Поднялись-таки до входа в рай? – обрадовался кто-то, видно просто проспавший объявление о прибытии в пункт назначения. – А святые апостолы нас встречают?
– Нет, мы у престола наместника божьего на земле, – поправил его кто-то. – Хотя да, вход в рай должен быть где-то здесь. Может, и правда поднимемся, а? Ну, если внутрь нам пока рано, то хоть посмотрим! Все равно лететь недалеко, ну шагов этак тысячи две или три. А внизу как раз к нашему прибытию столы накроют…
– Сегодня у нас иная программа действий запланирована, – оповестил их военный пилот, начиная потихоньку облачаться в боевой скафандр. Предназначенный для ношения десантом, он при нужде складывался до объема небольшого чемодана и представлял весьма неплохую защиту от большинства поражающих факторов, которые могли бы применить против него местные жители. Особенно ценен был газоанализатор, который без особых проблем сканировал еду и напитки на предмет подмешанных туда ядов. Правда, натянуть его, сидя в кресле, было тем еще акробатическим трюком, но Алекс еще не забыл старые служебные навыки. – И транспорт у нас недостаточно высотный, выше четырех километров не поднимется. А то показал бы я вам с орбиты все основы научного атеизма.
Сделав пару кругов над городом, Вей так и не обнаружил ни одной посадочной площадки. И только потом вспомнил, что местные вообще-то пока не летают. Ну, если только сверху вниз, когда откуда-то падают. В общем, данные объекты им особо не требуются.
– Ну и куда заворачивать? Я же в ваших курятниках ни хрена не понимаю. – Раздражение, внезапно охватившее пилота, было вполне нормальным. Под днищем пролетало то, что вряд ли можно было назвать развитой городской инфраструктурой. Где-то в глубине души Вея все еще плескалась предательская мыслишка о том, что все, творящееся вокруг, является театрализованным представлением или бредом подключенного к киберреальности мозга. Что в принципе можно было бы представить – мол, стукнули слишком сильно на гауптвахте шокером по нейросети, и все это бред запертого в черепной коробке сознания. А на самом деле тело лежит где-нибудь на кушетке в клинике космодрома и пускает слюни с видом полного имбицила, ожидая санитара с заветным уколом. За всю сознательную жизнь Алекс таких вот «овощей» насмотрелся в достаточном количестве. Почти полтора столетия назад в закон об эвтаназии именно из-за таких вот случаев необратимого повреждения нейросетей и добавили парочку пунктов.
Но вот такая вот подробная деталировка, да еще с привязкой к историческим фактам, рушит эту весьма интересную теорию на корню. А жаль!
– Вот… сзади, за собором Святого Петра, садик… – Высунувшийся из-за плеча брат Михаил выступил навигатором, тыкая не особенно чистым пальцем прямо в лобовое стекло. – Во-от туда.
