– Ну, дык, масштабы неправильные! – уверенным тоном заявил священнослужитель. – Почему земли мавров такие большие?! Они должны быть меньше цивилизованного мира раза в два! И потом, где звери? Все настоящие карты несут на себе благородных зверей, кои обретаются в тех землях. Львов, туров, драконов, единорогов…
– Да, штурман ты феноменальный. – Алекс с трудом подавил желание бросить все, выскочить из машины и догнать не успевшего далеко уйти папу. Как ни странно, но из всей этой компании ушибленных на голову фанатиков, разговаривающих с сидящим на небесах всесильным мужиком, именно он казался самым нормальным и никаких голосов не слышащим. Закрадывалось у Алекса такое ощущение, будто глава церкви придерживался схожих с ним взглядов на религию. В конце-то концов сложно одновременно верить в собственную богоизбранность и править крупнейшей в этом времени надгосударственной структурой. Тут нужен холодный, расчетливый и изощренный разум, подвергающий анализу свое окружение, его мотивы, возможности и средства. Ну а так волей-неволей заодно окажутся подвергнуты строгой оценке и любые догматы. – Такого только враждебной империи алиенов подсовывать, чтобы он весь флот потенциального противника сконцентрировал в черной дыре, мимо которой дураки-пилоты уж точно не промахнутся. Ладно, ты примерно район очерти, а там, на месте, как-нибудь сориентируемся.
Выяснилось, что лететь предстоит не так уж и далеко. Из последних сил держащийся в осаде малинитов укрепрайон оказался опасно близок к тому месту, где угораздило появиться останкам «Амаласунты». Ну, по мнению Алекса, близок. Местные же аборигены на этот счет особо не беспокоились, ибо, по их понятиям, данные регионы разделяло еще как минимум три-четыре буферных государства. Да, не особо больших, но все же.
«Ага, у меня эта местность отмечена как Центральная Германия. И кажется, я там даже бывал, – задумался Алекс, пытаясь по карте прочертить линию фронта. Увы, без достаточного количества актуальных разведданных все его старания ни к чему толковому привести не могли. Ясно было лишь то, что уже контролирующие северную часть Африки малиниты по мере сил стараются отсечь Европу от остальной Евразии. Вероятно, с тем, чтобы как можно меньше народа могло куда-нибудь утечь из региона, на поглощение которого они нацелились. Однако, если верить услышанному в Риме, захватить по-настоящему северные страны у фанатиков не получилось. Хотя они пытались и даже собрали для этого дела не меньше чем двухсоттысячную армию. Привыкшие к очень теплому климату тропиков люди, оболваненные их проповедями и не очень сильно заботящиеся о собственной жизни и здоровье, банально не смогли найти для себя достаточное количество еды, дров и теплой одежды, а потому вымерзли с наступлением холодов. Если кто-то и задумался о необходимости зимней униформы во всем их воинстве, то понимания своих идей у высокого начальства не нашел. – Только в мои времена регион переименовали. Ладно, не суть…» – Эй, кто там? Вставайте на подачу, пасую!
– А-а-а! – заорал монах даже раньше, чем отправился в обратный полет. Алекс искренне не понимал, чем он так возмущается? Три-четыре метра по горизонтали, сантиметров семьдесят по вертикали… Даже если тормозная система в лице паладинов не сработает, ущерб от жесткой посадки получится исключительно моральный. Это же вам не боевое десантирование с орбиты под огнем врага, да еще и с неработающими двигателями!
С тяжелым сердцем Алекс снова обработал большую часть своих пассажиров станнером. По пробуждении их боевая эффективность будет на некоторое время снижена, но зато хоть перелет до цели перенесут нормально. Меньшая часть в лице нескольких монахов от «успокоительного» отказалась, поскольку алхимики Рима выдали им свое патентованное лекарство против страха, которое, судя по результатам химического анализа, являлось банальным опиумом. Немного подумав, Вей не стал им мешать ловить кайф, только еще раз убедился, что все двери крепко заперты. Не то выйдет какой-нибудь священнослужитель на облака погулять, покурить или отлить, да и уйдет рыбкой прямиком на доклад к всевышнему начальству. А ему, Алексу, потом объясняй этим укуренным дикарям, почему это их потеряшка все никак не возвращается.
– Бф семь. Де четыре. Е три, – отправил он по сделанному в прямом смысле слова на коленке передатчику сообщение о том, что все в порядке. На каждое более или менее вероятное событие у них была заготовлена такая вот цифробуквенная галиматья. Коды, о которых Вей заранее договорился с Сэмми, распознать было невозможно. Перехватить – да ради бога, а вот распознать – никак. Без точно такой же таблицы с обозначениями случившихся событий даже вся разведка Земли не сумела бы понять скрытый смысл сообщения.
– Л семь! Повторяю, Л семь! – пришел секунд через двадцать ответ, с трудом пробивающийся через шорох помех. Однако даже они не смогли скрыть того факта, что в голосе компьютерщика буквально плескалась тревога. – Полный Л семь! Срочно проверь всех своих и самого себя, пока не стало слишком поздно!
