— На самом деле Юля права, мы и так здесь порядком задержались, — сказала Гелла, — нас там уже, поди, мертвыми считают.
— На этот счет можешь не волноваться, в вашем мире прошло всего минут десять, не больше, — ответил Томоэ, — но раз вы все так настаиваете, то, пожалуй, пойдем. Правда, есть одна небольшая трудность, ваш призрак, да и я тоже, не сможем самостоятельно попасть в ваш мир.
— Это еще почему? — не поняла Гелла.
— И мне и ему нужно приглашение, чтобы войти, но есть возможность обойти это правило.
— Ладно ты, а Стефан тут при чем?
— Он призрак, потусторонняя сущность, поэтому его место скорее здесь, чем там. Мой мир не выпускает таких, как он точно так же, как и всех прочих своих жителей. А что до меня, я должен увидеть путь, чтобы в дальнейшем перемещаться самостоятельно, такова особенность всех жителей нашего мира, нам нужно приглашение. Твой же друг не сможет выти ни с приглашением, ни без него.
— Поэтому я здесь стал материальным? — спросил Стефан.
— Да, этот мир воспринял тебя как своего, — ответил Томоэ.
— Но если этот мир воспринял меня как своего, почему поющее чудовище не видело меня?
— Я бы радовался, что Холь-рея тебя не увидела. Эта тварь зачаровывает своей песней и уничтожает все живое, что попадает под радиус ее воздействия. На самом деле ты не принадлежишь ни явному миру, ни этому, потому ни один из них, ровно, как и его жители не может тебя нормально воспринимать таким, какой ты есть сейчас.
— И как же нам это обойти? — поинтересовалась Гелла.
— Можно было бы найти чье-нибудь отражение и попросить нас выпустить, но это слишком долго, даже если прибегнуть к помощи твоего друга в явном мире. Ну и вывалиться прямо под нос этому вашему Департаменту тоже не хотелось бы. Поэтому, мы выйдем в удобном нам месте, а ты послужишь нашим перевозчиком.
— В каком смысле? — подозрительно прищурилась Гелла. — И почему я?
— Твоя подружка этого не выдержит.
— Откуда тогда уверенность, что выдержу я?
— Это не уверенность, а констатация факта, вот только обойдемся без подробностей, а то потом еще неприятностей схлопочу от вышестоящих инстанций. Что до перемещения, то мы просто вселимся в тебя на время перехода.
— Чего? — не веря своим ушам, воскликнула девушка.
— Того, — поморщился Томоэ, — не волнуйся ты так, это почти не больно.
— Что-то мне не верится особо.
— Так! Вы пару минут назад ныли, что хотите поскорее попасть домой, а теперь, когда я предлагаю действенный вариант, начинаете идти на попятную и что-то блеять. Или вам уже и тут нормально?
— Ладно, ладно, намек понят, — невесело произнесла она, — говори что делать.
— Ничего особенного, просто расслабься и вытяни вперед руку. Ну и для уменьшения неприятных ощущений подумай о том, что ты совершенно не против впустить нас в свое тело.
— А что насчет контроля над телом и все такое?
— Ох уж эти люди, насмотрелись всяких фильмов, начитались всяких книжек и строят из себя умников, не зная ничего о реальном положении вещей. Демоны не захватывают контроль над человеческим телом, мы всего лишь голос в твоей голове. Так что не переживай, ничего с твоим телом не случится, к тому же это не совсем тот случай, который люди называют одержимостью, мы со Стефаном будем скорее багажом, это все равно, что перевезти наркотики в желудке через границу стран в вашем мире.
— Уговорил, — вздохнула Гелла, надеясь, что заключенный с демоном договор действительно непреложен, и вытянула веред руку, направив раскрытую ладонь в его сторону.
Томоэ поманил когтистым пальцем Стефана и сказал:
— Держись за меня и не паникуй, ощущения в действительности, не самые приятные.
Призрак молча подошел к демону и схватился за протянутую руку.
— На счет три, — сказал лис, — три.
Несколько томительных мгновений ничего не происходило, а затем они со Стефаном стали терять очертания, становиться полупрозрачными, и неожиданно вспыхнули ярко-фиолетовым пламенем. Огонь скрутился в толстый жгут и стремительно ударил в ладонь девушки, втягиваясь под кожу. Вдоль позвоночника Геллы будто прошлись острым ножом, из глаз брызнули слезы, а в следующую секунду все прошло. Она потерла глаза, избавляясь от рези, и спросила в воздух:
— А теперь что делать?
— Возьми свою подругу за изящную ладошку и четко представь конечную цель нашего путешествия, после этого возжелай туда попасть и все готово, — прозвучал голос в голове.
— Юля, давай сюда, пора выбираться, — сказала она немного ломаным голосом, вобравшим отголоски интонаций призрака и лиса, и подходя ближе к подруге. Девушка потянулась было к протянутой ладони, но, взглянув на Геллу, в ужасе отпрянула, пронзительно вскрикнув.
— Эй, ты чего? — не поняла та.
— Ты уверена, что с тобой все в порядке? — дрожащим голосом спросила Юля.
— Да, а что не так-то?
— Твои глаза… — пробормотала она, роясь в карманах и выуживая оттуда чудом не разбившееся раскладное зеркальце.
— Ты взяла зеркало на секретную операцию? — хмыкнула Гелла.
— А что в этом такого? Я всегда слежу за своим внешним видом, — ответила Юля, трясущимися руками протягивая подруге вышеупомянутый аксессуар.
