— А что у нас с тобой сейчас? — вернул он вопрос. — Я не могу подобрать подходящего определения. Может, ты сможешь?
Лика молча смотрела ему в лицо. Господи, как же ей хотелось вот прямо сию минуту наплевать на предрассудки, на связывающий ее по рукам и ногам статус замужней дамы, на то, что Тим может о ней подумать, в конце концов… Прильнуть к нему… прижаться грудью к его груди, чтобы ощутить биение его сердца… перебирать пальцами пряди его светлых волос… найти губами его губы, вкус которых она до сих пор помнит — помнит, черт побери, даже спустя столько лет!
Наверное, все эти тайные желания отчетливо были написаны у нее на лице. Или просто Тим читал ее, как открытую книгу… Он прерывисто вздохнул, как ребенок, и моргнул, словно избавляясь от морока, от наваждения.
— Спасибо, что приняла мое приглашение, Лика. Было здорово, правда. А теперь отдыхай. Спокойной ночи, — выговорил он, давая понять, что теперь ей пора идти к себе и ложиться спать. В полном одиночестве.
— Спо… — голос у Лики сорвался от волнения, — спокойной ночи, Тим. До завтра.
И она торопливо, точно тоже спасалась бегством от охватившего их обоих безумия, скрылась за дверью собственного номера.
21 февраля 2007 года, среда
Москва
— Ну, где же он? — приплясывая и стуча зубами от холода на ступенях Центрального академического театра Российской армии, поинтересовалась Катрин у Вальки. — Все команды давно приехали… И болельщики, наверное, уже внутри.
— Не знаю, — нервно отозвалась подруга, злясь из-за этого неопределенно-подвешенного состояния: директор "Краснодарских сусликов", обещавший вчера, что проведет их с Катрин на генералку, до сих пор не объявился. — Сказал, что к пяти подъедет…
— Но время уже без двадцати шесть! — возмутилась Катрин. — Репетиция вот-вот начнется! Позвони ему! А если что-то случилось? Или мы его упустили — вдруг он зашел не через служебный, а через главный вход?
Валька и сама понимала, что надо звонить, просто оттягивала этот неприятный момент, как могла. При воспоминаниях о противной красной роже и потных ладошках директора ее начинало мутить.
Вздохнув, она достала мобильный телефон и, разыскав требуемый номер, прижала трубку к уху.
Директор ответил после первого же гудка.
— Да! — резко и отрывисто рявкнул он таким злым тоном, что Вальке стало страшно.
— Э-э-э… добрый вечер, — проблеяла она нерешительно.
— Кто это? — так же отрывисто поинтересовался он.
— Это… это Валя.
— Какая еще Валя?! — сварливо спросил директор. У Вальки потемнело в глазах. Мало того, что он не сохранил ее номер — так теперь даже имени ее не помнит, козел! Неужели обманул вчера?..
— Быстрее говорите. Я спешу! — поторопил он в трубку. Валька сделала глубокий вдох и внезапно разозлилась. "Я тебе сейчас напомню, скотина! — подумала она гневно. — Забывчивый ты наш…"
— Та самая Валя, — отчеканила она громко и отчетливо, — которую ты вчера чуть было не трахнул у себя в номере. "Чуть было не" — потому что был в стельку пьян и у тебя не встал. Теперь прояснилось, или нужны еще подробности?
Катрин, открыв рот и выпучив глаза, уставилась на подругу, шокированная услышанным и все еще надеющаяся, что просто неправильно ее поняла. Но Вальке сейчас было не до ее душевного равновесия. Гораздо более важным казалось то, что ответит ей этот урод…
Судя по красноречивому молчанию, директор смог-таки воскресить в памяти свое вчерашнее приключение. Во всяком случае, какие-то обрывочные туманные воспоминания о нем.
— Ммм… кхм… хррр… — заскрежетал он в трубку, приходя в себя. — Ах, Валентина! Как же, как же, помню. Так чем… чем могу служить?
— Ты обещал провести нас с подругой на генеральную репетицию, — холодно отозвалась Валька. — Мы с ней вдвоем стоим у театра Российской армии. А ты где?
— Черт… извини, Валюша, я тут закрутился и совсем забыл… Можете минут через десять подойти к центральному входу, со стороны Суворовской площади? Я выскочу.
— Не опаздывай, — сухо ответила Валька. — На улице мороз, вообще-то.
— Ваааль… — жалобно и растерянно протянула Катрин, когда та завершила телефонный разговор. — Это правда? Ну, то, что ты ему сейчас говорила… Про то, что чуть не… чуть не трахнул в номере, — докончила она вполголоса.
Подруга вздернула подбородок и уставилась на Катрин с вызовом.
— Ну да, правда. И что теперь? Ты же хотела попасть на генералку? Ну, так теперь, благодаря мне, ты на нее попадешь.
— Но… не таким же способом. И не такой ценой… — запинаясь, еле слышно высказалась Катрин. Вальку ужасно задели эти слова.
— Да что ты тут строишь из себя?! Я, понимаешь ли, стараюсь для нас обеих, из кожи вон лезу, завязываю нужные знакомства, а ты ломаешься и нос воротишь… Слишком чистенькая для всего этого дерьма, да?
