– Понимаю, – отозвалась Джо и не стала спорить. Никки вообще сложно было переспорить – это она поняла за несколько недель совместной работы.
Окурок одинокой звездой полетел в урну, и Никки вернулась на скамейку. Выглядела она так, словно впервые кто-то согласился с ней в этом вопросе, а не попытался рассказать, как она неправа.
– Вот тогда я и нашла в её плеере песню. Не скажу, какую, не проси. Пусть они поют её на концертах, пусть у миллионов она играет в наушниках, пусть. В моей голове – это только наша с Алекс песня, её секретное послание для меня. Я прослушала её тогда раз сто, не меньше, рыдая у могилы Алекс. И нет, всё не стало резко хорошо, но меня словно кто-то обнял. И я плакала, не могла остановиться, но не чувствовала себя одинокой, пока звучала мелодия, пока текст навсегда отпечатывался у меня в голове. Казалось бы, просто песня, но она отрезвила меня, укутала, позволила сделать вдох. Я ведь всё это время не дышала, не могла, воздух вот тут застревал, причиняя боль, я просто существовала, я не жила. – Никки приложила руку к груди. – Тогда я впервые пришла домой и поговорила с мамой. Просто поговорила, спросила, как она – а не только как папа. Отправила её спать, а сама осталась наблюдать за отцом. Повторюсь, всё не стало хорошо, но я словно поняла, что должна хоть что-то сделать. Что маленькое дело – тоже важно, порой – гораздо важнее глобального спасения мира. Я не знаю, Джо, где бы я сейчас была, если бы не «Tricksters». Точно не сидела бы здесь с тобой.
Теперь уже Джо не могла вдохнуть – она никогда не задумывалась о том, как простые вещи, типа музыки, книг, фильмов спасают людей. Вовремя прочитанная фраза, нужный текст в припеве или улыбка героя на экране – и всё твоё нутро переворачивается, мир находит новую точку опоры. Фанатство – это побег от проблем, это способ выжить – разве нет? И разве она сама сейчас не чувствовала этого же, не поступала так же, утопая в «LADE»?
– Потом уже я нашла другие песни, посмотрела ролики, прочла всевозможные интервью. О, сколько слухов и всякого дерьма вокруг ребят крутилось – ты даже не представляешь. А они ведь крутые! Плохие люди не могут писать такие песни, которые спасают людей. Я ведь далеко не одна такая «спасённая».
– Ваша фанатская семейка просто идеализирует «Tricksters» – всех вместе и каждого по отдельности. Попахивает культом личности.
– Есть такое, – недовольно вздохнула Николь. – Просто они действительно личности с большой буквы. Но, как и любые хорошие музыканты, хотят, чтобы в первую очередь люди видели и любили их музыку, то, что они создают и чем делятся с нами.
– А мы всё равно любим в них людей.
Это ещё один закон фанатства: ты не можешь любить только творчество. Потому что за прекрасным всегда стоит такой же человек. На него хочется равняться, им хочется восхищаться, поддерживать и защищать. Это идёт неразлучно, и от этого не сбежать.
Молчание нарушил телефон Джордан. Она знала, кто мог написать ей в такое время, но по инерции достала мобильный и разблокировала экран.
– О, Лео, – Никки сказала это так, что тут же захотелось ей врезать.
– Ну да, Лео, – немного более раздаржённо, чем стоило, ответила Джо.
– А мы всё равно любим в них людей… – процитировала её Николь. Джо чувствовала, как в темноте пылали её щёки, освещая ближайшие полквартала.
– О себе говоришь? – не сдавалась она.
– Не меняй тему. Что у вас с Лео?
– То же, что и у вас, – огрызнулась Джо. Она не стала читать сообщение, а просто спрятала телефон в карман. – Не начинай только эти идиотские разговоры, мне после клипа хватило.
Ей действительно хватило. Не зря она так сопротивлялась тому, чтобы появиться в кадре, – десятки глупых комментариев и сообщений о том, почему именно её катает Лео и вообще – она слишком часто появляется с ним рядом, и много другой чепухи. И обсудить это было абсолютно не с кем.
– Может, люди не зря говорят?
– Я не влюблена в Лео!
– А я этого и не утверждала, – довольно подловила её Никки, и Джо только закатила глаза. – Слушай, я же не собираюсь тебя изводить…
– Ну так мы и не про Дома говорим, – вернула ей пас Джо.
– Сучка, – прошипела Никки. – Но я общаюсь с ними побольше твоего. Лео действительно относится к тебе не так, как к другим.
– Может, потому что я не пищу от восторга при виде его, а работаю на равных?
– Какая важная птица, поглядите на неё! Ты не можешь отрицать, что это больше, чем работа. Я не говорю о романе, но между вами действительно есть какая-то связь, и это заметно, поверь мне.
