Бухгалтерия выиграла эту битву, а Владимир проиграл. Или может Ольга была последней каплей яда:
— Владимир, вы только на стажировку приходите в опрятном виде.
— А у меня что, неопрятный?
— Ну, у вас может есть что-то не такое мешковатое…
Вопрос одежды смущал и меня. Программа — осваиваема, «1С» — тормозная, дебильная, но и ее можно стерпеть. А вот то, то в СДО было четко прописано, что по регламенту мы должны носить на работе белый верх — черный низ, меня приводило в сущий ужас. Я даже боялась, что подорвусь именно на одежде. В первый же день я подошла в перерыве к Ольге с вопросом:
— На стажировку нам надо будет уже белый верх — черный низ? А то я заказала, но может не успеть приехать.
— Нет, не обязательно.
Она окинула меня критическим взглядом:
— Только, конечно, не в таком виде. Не в кроссовках и не в джинсах. Найдите что-нибудь приличное, у вас наверняка есть что-то в шкафу. Брючки там, блузку…
Знала бы Ольга, что у меня в шкафу. Обувь на мне — единственные любимые кроссовки в сеточку с «Алиэкспресса». А кожаные белые кроссовки пришлось выкинуть, и не потому что они протерлись на пятках до дырок, я бы и так носила, а вот то, что пятки от этого стали болеть, — меня разозлило.
Штаны у меня в шкафу лежали либо широченные, либо красные, либо индийские. В январе я привезла со Шри-Ланки трое безумно красивых штанов: зеленые, желтые и красные. Блузки было две: зеленая китайская и белая с голубыми перышками. Две юбки в пол. А все остальное — спортивное: толстовки, футболки, кроссовки, леггинсы.
Я и так нашла в шкафу единственный белый свитер оверсайз и надела на занятия. Но и он не спас.
Это потом я поняла, что не надо так буквально все понимать, ни в СДО, ни в том, что говорит Ольга, а тогда мне казалось непреодолимым препятствием, преступлением против себя вся эта попытка сделать из меня не меня, а некое безликое существо, миссис Белый Верх Черный Низ.
Я сильно переживала за одежду, а стажировка была уже близко. Даже слишком близко. По расписанию у нас стояло 5 дней занятий, выходные, 5 дней стажировки, выходные, подготовка к аттестации 1 этапа, сама аттестация 1 этапа. В пятницу нам выдали контакты наших наставников, каждому — из того места, где он будет работать. Я, когда шла на обучение, выбрала «Румер», он ближайший ко мне. Его же выбрали еще пять человек из двенадцати.
— Юлия, здравствуйте, вы наш наставник. Когда вы работаете?
— Я работаю в субботу, воскресенье, понедельник, вторник и среду. Желательно, чтобы вы были в эти дни.
— А можно не во все?
— Можно, тогда будете делать задания самостоятельно, и я не смогу ответить на ваши вопросы.
Я держалась на соплях и держала свои сопли при себе из последних сил. Но от новости, что выходных у меня не будет, в носу стало еще сопливее. Мы с Максом решили выйти в субботу, а девочки в воскресенье. Я вышла на «Антигриппине». И хорошо, что вышла. Нам достались компьютеры! В «Румере» было три салона от фабрики, но в них работали менеджеры, и свободный компьютер — большая удача. Мне достался компьютер директора салона. И я важно расселась в директорском кресле. В конце дня мне принесли деньги. Клиентка приехала с наличкой. Деньги, конечно, принесли не мне, меня согнали, чтобы подключить там машинку для счета денег. Ничего-ничего, я же не настоящий директор, но все равно приятно.
С Максом было легко, Макс сидел со мной рядом и на учебе. Он был ушастеньким, миниатюрным и бодреньким 38-летним парнем. Он пришел из продавцов кроватей в «Румере», купил себе курс по 3D-моделированию в играх, но у него не было времени начать учиться. Макс включал мне компьютер, когда я опаздывала по утрам к Ольге, и это было так приятно, это была такая маленькая, практически незаметная деталька, которая грела сердце и давала ощущение заботы.
Я любила их всех, моих друзей, стойких оловянных солдатиков, особенно тех, кто пришел со мной в «Румер». За месяц я так привязалась к ним, что было грустно расставаться. За месяц семья стала далекой и чужой, а Карина, Маша и Макс стали родными.
В начале курса солдатиков было двенадцать, к стажировке осталось девять, со стажировки вернулось шесть.
Однажды на стажировку не вышла Ира, а мы-то все думали, что уж она точно останется.
— Ребята, привет. К сожалению, я больше не буду продолжать обучение. Мужу предложили работу в другой стране, и мы всей семьей уезжаем, — написала она в нашем чате.
— Урааа, Ирочка, не представляешь, как я за тебя рада! — закричала в чате я.
Я действительно была рада, на ее месте хотели бы быть я и мой муж, но пока мы только мечтали о релокации. Мечтали страстно и энергично. Муж второй год учил английский и с прошлого сентября менял профессию на программиста.
