— Ты, парень, давай не расстраивайся, всё будет хорошо, мы тебя не бросим. — стал утешать меня Вандер. Как будто мне это сейчас надо.
— Ладно, и что мне делать? — интересуюсь я.
— Ну, я думаю, дам задание ребятам присмотреть за тобой. Да и ты помнишь Майло и Клаггора? — спросил Вандер.
— Ага, как вчера. — скептически проронил я.
— Ну, это хорошо, я думаю. — неуверенно он как-то это произнес. Думает он, ага, что хорошего, что я не помню прошедшие полгода, а что было полгода назад, помню как вчера. По-моему, ничего хорошего в этом нету. Такой молодой, а уже склероз и маразм.
Закончив с моей прической, которая теперь выглядела как неровное короткое каре, Вандер проводил меня до комнаты отдыха, либо до места, где я прожил полгода в коматозном состоянии. Даже и не знаю, как к этому относится. Зайдя в комнату, мы застали Паудер, доказывающую то, что она не врёт и Рин действительно заговорил. Все обернулись на захлопнувшуюся за нашими спинами дверь. Настолько они были увлечены спором, что даже не заметили вошедшего меня, что уж говорить, зашедшего со мной Вандера, который, на минуточку, здоровый мужик и нисколько не скрывался, топая ногами.
— Картина Репина «Вы нас не ждали, а мы припёрлись» — сказал я угрюмо.
Все присутствующие, включая и Вандера, с удивлением посмотрели на меня. Я сам от себя не ожидал вырвавшейся фразы. Все стояли и не знали, что сказать, Майло хлопал ртом с широко открытыми глазами, как золотая рыбка в аквариуме. Остальные же переглядывались между собой. Паудер вообще спряталась за сестрой и опасливо выглядывала из-за ее спины.
— Он говорит! — воскликнул Майло.
— Я ещё крестиком вышиваю. — с небольшой злостью говорю я.
— Вай, позаботьтесь о нем. Ты меня поняла? И да, введите его в курс дела. — строго сказал Вандер, даже помахал трубкой, зажатой в руке.
Вандер вышел за дверь, и я остался один на один с любопытствующими детьми. В их взглядах читалось, что меня сейчас будут пытать, возможно, даже с применением подручных средств. По крайней мере, я так интерпретировал их взгляд.
— Я ничего не знаю, ничего не помню. Всех прощаю. — скороговоркой проговорил я, делая шаг вперед.
Они запнулись, видно было, что они не ожидали от меня такой активности. Майло наконец-то захлопнул свой открытый рот, в который могла ворона залететь. Но, переглянувшись между собой, Вай задала вопрос, волнующий, наверно, всех в этой комнате.
— Как ты очнулся? — произнесла она.
— Я же сказал, не знаю. — возведя очи к потолку, встретился там с глазами Паудер, которая сидела на балке, внимательно за нами наблюдая. Постойте, когда она там очутилась? Заметив, что я на нее смотрю, она как-то стушевалась.
— И что, даже никаких мыслей? — спросил Майло, отвлекая меня от разглядывания Паудер, и почему-то решил представиться: — Я Майло.
Я остановил ихнее представление по кругу, махнув рукой.
— Я помню, как вас зовут, и да, у меня нет никаких мыслей по этому поводу. — произнес я, рассматривая компанию. Они выглядят как-то поживее, чем я их помню. Видно, отошли уже от смерти родителей, ох уж эта пластичность детской психики.
Обойдя ребят по большому кругу, провожаемый их взглядами, я плюхнулся на диван. Они столпились передо мной и не знали, куда себя деть, их уверенность куда-то делась. Что странно, так как Майло явно был не против почесать языками.
— А что ты вообще помнишь? — спросила Ви.
— Помню, как Вандер меня привел, как вы меня встретили, как привели Майло и Клаггора, а вот дальше хм… — я застопорился, пытаясь вспомнить, что было дальше, но, как ни старался, не мог этого сделать. — Помню, как сел на диван, и к моим ногам подкатилась игрушка. Я ее поднял, и она задымила розовым дымом. На этом как бы и всё, а дальше я пошел к Вандеру, он меня подстриг и привел обратно. — закончил я.
— Да не густо. — говорит Майло.
На этом допрос не окончился, они начали перекрестный допрос. Вопросы сыпались со всех сторон, на некоторые отвечал честно, но на большинство просто отмалчивался и разводил руками. Всё, что осталось прошлого этого тела, старался умалчивать, так как ничего о его похождениях не знал. Свои приключения в этом мире не скрывал, умолчав только о моих смертях. Когда они порядком подустали, а я был весь в поту от неудобных вопросов, нас позвал ужинать Вандер. За ужином все молчали, видимо, не один я наговорился на год вперед. По традиции, как всегда, пошел мыть посуду за собой. Но не успел домыть, как ко мне в раковину прилетела гора посуды. Я возмущенно уставился на Майло, который ее и принес, и скинул в раковину.
— Это что такое? — интересуюсь я.
— Посуда. — недоуменно уставился он на меня.
— Я вижу, что посуда, но скажи мне, на кой ляд ты мне ее подкинул? — спокойно интересуюсь я.
— Эээ, раньше ты не жаловался. — почесывая затылок, говорит Майло.
— Раньше я вообще много чего не делал. Но сейчас всё изменилось. — переведя взгляд с недоумевающего Майло на Вандера, который сидел и улыбался, я поинтересовался. — Меня тут что, все эксплуатировали?
