Каждая попытка взять Паудер на дело заканчивалась провалом этого самого дела. На парочке я даже присутствовал. Где надо сидеть как мыши и не дышать, она что-нибудь уронит или раздавит, брякнет или чихнет, и Вай и компании приходится ее спасать. А где просто надо что-то схватить и бежать, то и тут она привлечёт внимание. Например, как у лавки заезжего торговца, когда Вай с Майло отвлекали, а Калггор стоял на стреме. Мы как самые мелкие и незаметные, что спорно, должны были украсть экзотические фрукты для ребят, по мне так это были обычные персики. Позже я понял, почему они на это дело выбрали нас, но это было похоже. Так вот, у нас почти всё получилось, действовали быстро, мы даже набрали фруктов с лихвой в рюкзак, пока Паудер не оступилась и не упала на землю с рюкзаком в руках, из которого высыпалась часть добычи, чем привлекла внимание продавца. Который тут же заорал и побежал за нами, зовя на помощь миротворцев. Резко подняв Паудер, уповая на то, что ребята задержат продавца, мы побежали от прилавка. Вот тут-то я и понял, почему они выбрали меня и Паудер. Перед палаткой находились ящики с фруктами, и они перекрывали обзор на тех, кто был ниже уровня выставленных ящиков, а все, кто выше, попадали под взгляд находящихся внутри людей. И всё было бы хорошо и в порядке, если бы он был один, но в палатке находились его братья или охрана, хрен их разберет в этих балахонах. В общем, он был не один, из-за чего Вай с парнями застряли в драке. Ну а мы с Паудер удирали от разъярённого охранника и нескольких миротворцев, которые подключились к погоне чуть позже. Рюкзак оказался у Паудер, тут, наверно, моя вина, так как надо было действовать по-другому, мне держать, а ей складывать фрукты, так бы я бежал с этим рюкзаком, а не она. Могу сказать, что ей надо больше веры в себя, и когда от кого-то бежишь, не стоит оглядываться. Иначе можно запнуться, поскользнуться или налететь на кого-нибудь, а можно банально зацепиться за торчащую арматуру из стены и порвать рюкзак, из которого посыпятся украденные фрукты. Фрукты, конечно, жалко, но своя свобода дороже. Из-за чего я и подхватил чуть затормозившую Паудер за руку и побежал дальше, не оглядываясь.
Ну и естественно, Майло нас раскритиковал, когда мы встретились в баре, каждый раз одно и тоже. Вот что ему не имеется, присел бы на корточки да и сам бы и украл эти персики. А так не происходило ничего серьёзного. Не считая пары стычек с местной детворой. В которой Паудер съеживалась у стенки или убегала, за что я ее не виню. Она все же маленькая девочка, а не боевая пацанка, помешанная на кулачных боях, как Вай. Так мы и росли, сменялось время, росли и мы, набираясь опыта.
Ещё из интересного выяснилось, что я не умею читать местный язык. Дело в том, что я просто слышу русскую речь вместо той абырвалги, которую произносят местные. И когда я говорю по русски, они слышат их родной язык. Просто магия какая-то. Выяснилось это тогда, когда ребята сказали написать что-нибудь на стене краской. Ну я и написал российский всенародный прикол "Здесь был Вася". Публика не оценила. Спросив, что не так, мне сказали, что просили не рисовать закорючки всякие, а написать оскорбления. Мне показали, как выглядела бы надпись, если бы написал на их языке. Ну там и выяснилось, что эти закорючки я прочитать не могу. Народ потешался, бил себя по коленям и смеялся весь путь до бара. Я же был мрачен, ведь все вот эти закорючки, которые я принял за украшения, оказываются слова. Эти же указатели, название платформ и лавок. Да даже название улиц тут присутствовали.
Придя в бар, они все рассказали Вандеру. Вандер даже попытался меня утешить и подумать, кого заставить учить меня языку. Думать никто не стал, крайней назначили Паудер. Так как на поручения ее не пускают и она чаще сидит в баре со мной. Паудер даже не возмущалась, а с интересом взялась за дело. Всё-таки хоть какое-то развлечение. Притащив несколько книг, она взялась меня расспрашивать, что я понимаю. Тут-то и выяснилось, что мы говорим на совершенно разных языках.
— Может, баш на баш? — предложил я.
— Это как? — с интересом спросила Паудер.
— Я учу тебя своему языку, насколько это возможно, а ты меня своему. Хотя бы читать его. — говорю я, прекрасно зная, на что я способен в изучении иностранных языков.
