Обойдя стол, спокойно взял маску, положил обратно. Ничего не понимаю. К маске протянула руку Джинкс, несмело на меня посмотрев. Кивнув ей в одобрении, она попыталась дотронуться до маски, но и ее маска ударила током. Отпрыгнув от стола, она засунула палец в рот и возмущенно смотрела на маску. Все интересней и интересней. Оставлю я ее здесь от греха подальше.
— Ну тогда, — А что тогда? Билось в моей голове. Я даже не знаю, что делать. И на фига тогда я его оставил в живых? Нет, он, конечно, должен отвести меня к доктору, но с этой задачей справится и Джинкс. Я думаю, она не откажет. И что мне с ним делать? — Тогда! Тогда. Тогда ты не исчезнешь, а снова возглавишь химбаронов и соберёшь армию и оружие. — Не придумав ничего умнее, сказал я.
— Зачем нам армия? — интересуется он, как будто я полчаса назад не говорил, что будет война.
— Как зачем? Ты же вроде хочешь отсоединиться, стать не зависимым от Пилтовера. Свободную торговлю и все такое, но при этом не хочешь обеспечить защиту Зауна. Построил школы, музеи, рестораны. Тебе этого не надо? Тебе нужны только деньги? А кто тогда будет управлять городом, где будут учиться дети, куда будут ходить люди просить защиту? — спрашиваю я, смотря на него. — Ты думал, всё? Пилтовер признал нас равными, и все зажили счастливо? Дети пойдут в соседний город учиться, их академия примет с распростёртыми объятиями. Миротворцы перестанут нас считать мусорными крысами и проявят милосердие? Очнись, жизнь не сказка. Ты сам это понимаешь, но все ровно веришь, что с мерцанием ты завоюешь любовь и уважение? Ты думаешь, тебе за это поставят памятник, как Вандеру? Просыпайся, Силко, если ты хочешь, чтобы тебя признали равным, построй самодостаточный город. Где будут больницы, школы, садики и свои миротворцы, а не пришедшие из соседнего города.
— На все это нужны деньги, откуда их взять? — Зло смотрит он на меня.
— Откуда и до этого брали, продавай мерцание, вот только не в своем городе. Производи товар для нужд населения и продавай. Выстави счёт за мусор Пилтоверу. Растряси баронов, пусть скидываются на строительство. А то как тратить, так только на себя. — Зло проговорил я. — В общем, работы море, исправлять ещё кучу всего, так что долго не рассиживайся, а хотя, мы тебя вообще проводим до бара, а то ещё прикончат по дороге.
Говоря все это, я взял со стола маску и выкинул в темноту. Закинув в карман часы, а револьвер засунув в кобуру, я поднял за лямку пулемет и перекинул через плечо. Прихватив ещё и ножик со стола, все же память. Взяв акулу за ручку, которая была за плавником, причем сделал это все одной рукой, так как вторую не хотела выпускать Джинкс из своей хватки, как будто боялась, что я испарюсь. И приготовился выходить.
Силко, встав из-за стола, прихватив свой шприц закинув его в корман, поправил прическу, выпрямил свое пальтишко, подняв воротник и заложив руки за спину. Стал выглядеть как фашист со второй мировой. Идя сзади, меня так и подмывало пнуть его под зад. Ей-богу, какие-то странные ассоциации мне приходят в голову. Обнадёживает, что я все ещё помню что-то из прошлой жизни. Хотя уже и покрылось все новыми впечатлениями.
Выйдя из здания, с Джинкс в обнимку, напоминая влюбленную парочку, после покупок с большими сумками шли за немцем. В дороге нам никто не встретился, и мы спокойно дошли до Последней капли. У клуба уже убрали тела охранников и поставили других, простых бугаев в белых рубашках и штанах на подтяжках, а не водолазов с клинками.
Поприветствовав босса, перед ним открыли дверь, впуская внутрь. На Джинкс посмотрели опасливо, а на меня как-то странно, то ли с жалостью, то ли с сочувствием, не понял как-то. Дойдя внутрь за Силко, я осмотрел зал получше. М-да, нависает воспоминание, портит впечатление только разбитый музыкальный автомат и пара пустых мест под столы. За одним из столиков сидела Севика, избитая и без механической руки, собственной персоной. Увидев нас, подскочила из-за стола и подошла неуверенно к Силко.
— Бос тут… — неуверенно начала она, но Силко взмахом руки ее остановил.
Джинкс в это время потащила меня к бару.
— Привет, Чак, организуй нам чего-нибудь поесть и попить. — бодренько заговорила Джинкс, садясь за стойку.
Бармена затрясло, он был в панике. Решив хоть как-то его подбодрить и успокоить, я улыбнулся ему. Того вообще заколбасило, он побледнел. М-да, какой-то слабенький персонал. Вспомнив, что мне лучше не улыбаться, решил стереть с лица улыбку и, скинув оружие на пол, присел рядом с Джинкс.
— М-м-меня з-з-зовут Тирам.
— Да-да, как скажешь, Чаки. — продолжила издеваться над бедным барменом Джинкс. — Так что, организуешь пару бутербродов?
— Да-да, к-конечно, все б-б-будет в лучшем в-виде. — чуть успокоился Тирам.
Начав делать коктейль, видимо, знает вкусы Джинкс, он обратился ко мне.
— А м-мистер в м-маске что будет? — произнес он уже в меньшей степени заикаясь. Но меня зацепило слово «в маске». А повернувшаяся Джинкс засмеялась.
— А ты ей понравился. — сквозь смех сказала она.
