Она явилась ко мне на прием без записи — иначе я скорее всего сплавил бы ее какому-нибудь роботу, более приспособленному для общения с женским полом: я сам видел недавно, как секретарь IJE-95 обрабатывал жену изобретателя, грозившего подать в суд на институт.
Она ему:
— Мой муж гений, вы его не понимаете!
А робот в ответ:
— Вы правы, госпожа, мы его не понимаем. Его никто не понимает. Его не понимает даже собственная жена. Она думает, что он гений, а он всего лишь способный парень. Способные парни — по другому ведомству, а жен способных парней принимает мой коллега в комнате 873.
Я бы так не смог.
Ну да ладно. Факт остается фактом: Ария Кутузова ворвалась ко мне в кабинет, едва его покинул Ульпах Бикурманский.
— Если вы откажете мне в выдаче патента, я продам ноу-хау, и миллиарды галактических монет сможет заработать каждый дурак, — заявила она с порога.
— Представьтесь, пожалуйста, — буркнул я, полагая, что меня потревожила разгневанная супруга одного из клиентов.
— Ария Кутузова, — сказала посетительница и положила передо мной старую потрепанную куклу.
— Из какой оперы? — осведомился я. — Прокофьева или Уолтерброу?
— Ария — это мое имя, — вежливо объяснила женщина, глядя на меня, как еврей на Эйхмана, — а Кутузова — фамилия, если это вам еще не понятно.
— Теперь понятно, — пробормотал я. — А у вас нет родственницы, которую звали бы Серенада Арлекина?
Я не принял посетительницу всерьез, но она быстро развеяла мои сомнения относительно серьезности ее намерений.
— Это, — сказала Ария, кивнув на лежавшую передо мной куклу, — аппарат, который я намерена запатентовать. Разумеется, после того, как я вам его продемонстрирую.
— У нас, извините, Институт безумных изобретений, — терпеливо напомнил я, — а не фабрика игрушек.
— Мое изобретение более чем безумно, — гордо заявила Ария. — Это стратификатор инкарнаций. Надеюсь, вам известно, что каждое живое существо проживает не одну жизнь, а множество?
— Разумеется, — кивнул я, бросив взгляд на стену, где висел, поворачиваясь к зрителям всеми двенадцатью гранями, мой диплом об окончании Оккультного университета на Камбикорне. Госпожа Кутузова проследила за моим взглядом, увидела свидетельство моей высокой компетентности и посветлела лицом.
— О, простите, Шекет! — воскликнула она. — Я-то думала, что вы. такой же неуч, как все мужчины!
— Ну что вы, — смутился я. — Честно говоря, пять лет я занимался именно инкарнациями, точнее — астрологическим аспектом…
— А я — практическим! — с энтузиазмом воскликнула Ария Кутузова, и я понял, что сейчас она бросится мне на шею. Не думаю, что это могло быть неприятно, но я находился при исполнении и не мог позволить себе фамильярности. Поняв, что лучше придерживаться норм поведения в общественных местах, госпожа Кутузова продолжила свои объяснения:
— Вот вы, Шекет, наверняка прожили не меньше пяти жизней, я это-вижу по шишкам на вашем темени. Все бывшие инкарнации прячутся в вашем подсознании, влияют на ваши решения и, возможно, даже мешают, хотя вы об этом не подозреваете. Так вот, мой стратификатор позволяет разделять сущности, скопившиеся внутри вас, выявлять их и, если можно так выразиться, выводить на чистую воду. Иными словами, здесь, — госпожа Ария показала на левый глаз куклы, — вы можете увидеть число ваших инкарнаций, — здесь, — тут она ткнула кукле в правый глаз, — вы увидите, кем были в прошлых жизнях, а нажав на эту кнопочку, — и госпожа Кутузова хлопнула куклу по носу, — вы вернете себе ту инкарнацию, какую пожелаете.
— Любопытно, — сказал я совершенно искренне. — Вы можете продемонстрировать аппарат в действии? Я, видите ли, знаю, кем был в прошлых жизнях, так что смогу проверить, правильно ли работает этот… э-э… прибор.
— Прошу! — воскликнула Ария Кутузова голосом великого полководца и бросила куклу мне на колени. — Итак, сначала левый глаз, потом правый, и наконец — нос!
Я так и сделал. То, что я увидел в зрачках куклы, меня нисколько не удивило. Еще на втором курсе Оккультного университета, проведя соответствующее исследование, я выяснил, что в первый раз явился в мир тираннозавром Rex, во второй раз был бабочкой в долине Нила в те дни, когда в Египте жило еврейское племя во главе с Моше, третьей моей инкарнацией стала наложница из гарема султана Абдуллы Красивого, четвертой — известная в прошлом веке болгарская пророчица Ванга, и, наконец, лишь в пятом своем воплощении я родился в нынешнем теле. Что ж, прибор госпожи Кутузовой показал правильные сведения, но разве я мог быть уверен в том, что она не списала данные из Большого Межгалактического Ин-форматория? Женщины способны на все, мне ли это не знать!
— Ну что? — нетерпеливо спросила Ария Кутузова. — Выбрали? Я бы на вашем месте попробовала инкарнацию Ванги. Вы сразу поймете, какая удача ждет лично вас, когда дадите положительное решение экспертизы по моему делу.
Уж не намек ли это на взятку? — подумал я и из чувства противоречия выбрал инкарнацию номер два. Надавил на нос игрушки и бросил на посетительницу вопросительный взгляд.
Ответить она не успела.
