— А в ваше время никто и не путешествует, — отрезала девочка. — Чего тут интересного? Экология плохая, пища некачественная, люди злые, культура примитивная, войны неэстетичные… Все ездят в Древнюю Грецию, в Средние века, в Древний Китай и Японию… вот там красиво!
Крылов не нашелся, что ответить.
— Так вот, — продолжала девочка. — Я — обычная путешественница во времени. Мне десять лет. Это не должно вас смущать, умственно я развита, как взрослый человек.
— Не верю, — твердо сказал Крылов.
Девочка опять растаяла в воздухе. Возникла на соседнем сиденье.
— Гипноз, — предположил Крылов.
Машина дрогнула и медленно поднялась в воздух. Заснеженные улицы ушли вниз, засвистел ветер, Москва раскинулась под ними огромной светящейся картой.
— И это гипноз? — поинтересовалась девочка. — Тогда выйдите наружу.
Крылов помотал головой.
— Так-то лучше, — обрадовалась девочка. Лицо ее чуть порозовело. — Теперь вы мне верите? Или еще что-нибудь сделать?
— Верю… — прошептал Крылов. — Девочка, а девочка… как там, в будущем?
— Зашибись! — кратко ответила девочка. — Так вот, Валерий Павлович. Просьба у меня к вам. Сделайте мне, маленькой девочке, затерянной во тьме веков, рождественский подарок.
— Нэцкэ? — уточнил Крылов.
— Угу. — Девочка улыбнулась.
Несколько секунд Крылов молчал. А потом заорал:
— Да ты что несешь? Подарок, говоришь? Нэцкэ? Ты знаешь, чего мне стоило ее добыть? Хрен с ними, с деньгами… ты думаешь, вся Москва завалена уникальными нэцкэ? А мне сегодня надо его подарить одному скульптору! Тогда, возможно, он станет покупать бронзу моего завода! И у меня наладится бизнес! Иначе все… по миру пойду.
— Мне очень нужна эта нэцкэ! — тонко выкрикнула девочка. — Отдайте ее мне!
— Давай другую взамен, — решился Крылов. — Тебе же нетрудно смотаться в Японию, верно? Купишь нэцкэ двести лет назад, привезешь в Москву, отдашь мне… ты чего?
Девочка тихо ревела, вытирая слезы грязной ладошкой. Машина начала опасно раскачиваться.
— Эй, ты равновесие-то держи! — в панике выкрикнул Крылов. — На, утрись… — Он протянул девочке чистый носовой платок. — Зачем тебе моя нэцкэ? Ты же вон какие чудеса творишь!
— И вовсе… она не ваша… — сквозь слезы пробормотала девочка. — Ее мой папа из кости вырезал…
Как гласит народная мудрость, женщина не права до тех пор, пока не заплачет. К маленьким девочкам это правило тоже относится — Крылов почувствовал себя смущенным.
— Не моя… я за нее деньги платил… — огрызнулся он. — Слушай, ты настоящие чудеса творишь — так чего ко мне привязалась? Могла бы украсть или отобрать свою нэцкэ, и все дела…
— Не могу! — с обидой выкрикнула девочка. — В том-то и дело!
Из путаных объяснений Валерий понял, что всем путешественникам во времени делают специальную инъекцию, резко меняющую характер. После этого укола никто из путешественников не способен убить, ограбить или еще как-то обидеть своих отсталых предков. Разве что в целях самообороны…
— Вот если вы меня ударите или покуситесь… — с надеждой пробормотала девочка.
— Ха! — возмутился Крылов. — Ты за кого меня держишь? Не собираюсь я тебя ударять, а уж тем более покушаться!
— Жалко, — вздохнула девочка. — А то я взяла бы нэцкэ с вашего бесчувственного тела…
Как ни странно, но такая откровенность успокоила Валерия.
— Зачем тебе именно эта нэцкэ, девочка? — спросил он. Достал сигарету, подобрал с пола одну из китайских зажигалок, закурил. — Чего ты ко мне привязалась?
Девочка принялась рассказывать.
Оказалось, что в прошлое она отправилась вместе с отцом — в Англию восемнадцатого века на рождественские каникулы. Но в Англии папа заскучал и отправился в Японию восемнадцатого века. Прошли все положенные сроки, но он из Японии так и не вернулся. Девочка поняла, что с ее папой что-то случилось. Наверное, сломалась машина времени, такое иногда бывает.
— А спасателей у вас нет? — удивился Крылов.
— Нет. Во времени каждый путешествует на свой страх и риск, — призналась девочка. — Спасать потерявшихся — это значит создавать временные парадоксы!
Когда папа потерялся, девочка могла вернуться домой сама. Но ей очень хотелось спасти отца. И она стала думать — чем же папа примется зарабатывать себе на жизнь? Грабить и убивать ему нельзя, обучать местных наукам — тоже. И тогда она сообразила — ведь папа увлекался резьбой по кости. Значит, станет резать нэцкэ. А чтобы его легче было найти — в каждой нэцке станет допускать анахронизм — какую-нибудь деталь, не соответствующую времени. Сообразительная девочка принялась искать такие нэцкэ — и нашла одну. Именно ту, что купил Крылов.
— Понял! — воскликнул Валерий. — Так это не «Девочка с суси»? Это «Девочка с китайскими зажигалками»?
— Нет, это не зажигалки, — запротестовала девочка. — Это… у вас и слова-то такого нет. Это маленькие штучки, которые служат для создания… этого слова тоже еще нет. Для создания других больших штук.
Крылов достал нэцкэ. С сомнением осмотрел ее, спросил:
— Ну и что? Допустим — это сделал твой папа. Подал сигнал о помощи, так? Ну и отправляйся спасать папочку. Чего тебе еще надо?
