Ехать пришлось долго — не меньше получаса. Наконец, Фёдор поднял руку, показывая, что мы добрались до места, и спешился. Мы с Николаем тоже слезли с коней.
— Это произошло здесь? — спросил я, осматриваясь.
— Да, — ответил Николай, направляясь к начальнику загонщиков. — Вот тут лежал ты, — он указал на мох, из которого торчал толстый корень сосны с ободранной в одном месте корой. На нём виднелись бурые засохшие капли. Очевидно, тут я головой и приложился. — А здесь — отец, — брат ткнул пальцем в другую сторону, где успевшая за шесть дней распрямиться трава была буквально залита кровью.
— А следы? — спросил я. — Где они?
Николай кивнул Фёдору, и тот сделал знак одному из егерей подойти. Тот поспешно приблизился и поклонился нам с братом.
— Сейчас следов уже осталось немного, — проговорил он. — Однако разглядеть их ещё возможно, — мужик вдруг опустился на землю, опершись о неё всеми четырьмя руками, и сильно втянул ноздрями воздух. — Даже запах зверя стоит, — добавил он, прикрыв глаза так, что остались только щёлочки. — Такое амбре за шесть дней не выветрится!
— Макар следопыт, — пояснил в ответ на мой вопросительный взгляд Николай. — Один из лучших в империи.
— Благодарю, Николай Дмитриевич, — проговорил снизу охотник. — Вот след, если хотите поглядеть. И вот ещё один. Здоровенная тварь их оставила! Никогда таких прежде отметин не встречал.
Он раздвинул траву, и я, присев, рассмотрел огромный отпечаток раздвоенного копыта. Мда-а… Судя по нему, мы с отцом встретили просто гигантского кабана! Метра полтора в холке, не меньше.
— Можно его выследить? — спросил я, вставая.
Следопыт кивнул, но малость неуверенно.
— Постараемся, Ваша Светлость, — сказал он. — В прошлый раз я заметил, что зверь ушёл на восток, — егерь указал вправо. — Туда и двинемся.
Мы с Николаем и Фёдором сели на коней, а Макар направился пешком, то и дело припадая к земле, словно огромное насекомое. Его лошадь вёл под уздцы один из охотников.
— За это время вепрь мог уйти, куда угодно, — сказал Николай. — Быстро выследить его не получится. Скорее всего, мы тут до ночи. А то и дольше. Главное — чтобы кабан не прорвался в Пустошь.
Я ничего не ответил. Зачем? Сейчас наша экспедиция целиком зависела от Макара и стечения обстоятельств.
Таскаться по лесу пришлось часа три. Солнце скрылось за верхушками деревьев, и стало совсем темно. Однако егеря не зажгли фонари. При этом, судя по всему, они отлично видели. Следопыт же вообще будто не заметил разницы. А вот Николай вытащил из седельной сумки очки ночного видения.
— Надевай, — сказал он мне. — У тебя тоже такие есть. Поройся.
Я жестом отклонил предложение. Демоны видят в темноте не хуже, чем днём, даже если они в человеческом теле.
Лес полнился новыми звуками: ночные хищники один за другим выползали из нор и отправлялись на охоту. Я заметил, что егеря сбились плотнее и достали массивные пушки. Николай держал наготове копьё. Очевидно, нам грозила опасность со стороны лесных обитателей. И это вскоре подтвердилось: с двух сторон во мраке между деревьями начали зажигаться пары зелёных огоньков.
— Волки, — обронил Фёдор. — Внимание! Скоро они нападут.
— Что, на целый отряд? — спросил я скептически.
— Ага, — кивнул косматой головой начальник ловчих. — Сейчас вся стая соберётся, и кинутся. Как пить дать.
Он оказался прав. Не прошло и четверти часа, в течение которой животные преследовали нас, как горящих глаз стало раза в два больше. Раздался протяжный вой, и огоньки ринулись на нас со всех сторон. Охотники немедленно спрыгнули с лошадей, опустились на одно колено и открыли прицельный огонь короткими очередями.
— Свет! — крикнул Фёдор и тут же вальнул в небо ракетой, рассыпавшейся на множество сверкающих белых шаров.
Они медленно падали, заливая окрестности неярким бледным светом. Огромные косматые волки, каждый размером с телёнка, бросались на егерей с низким рычанием, щуря глаза и прижимая острые уши. Охотники отстреливали их чётко и методично. В одной паре рук они держали пушки, в другой — длинные изогнутые мечи. При этом умудрялись действовать абсолютно выверенно — словно в каждом из них было по два независимых мозга. Такая слаженная работа полушарий впечатляла.
Хищники падали в траву один за другим, но трое всё же прорвались через кольцо из егерей. Один взвился в воздух, описал короткую дугу и обрушился на Николая. Парень молниеносно ударил копьём и откинулся назад, пропуская тушу над собой. Как только она шлёпнулась на землю, Фёдор пустил в неё очередь и отвернулся, чтобы пристрелить ещё парочку появившихся из темноты волков.
Другой зверь набросился на следопыта. Макар отскочил влево и практически в упор разнёс хищнику череп. Третий нацелился на меня. Я пронзил его мгновенно разложившимся в моей руке копьём. Животное охватило испепеляющее пламя. Еще прежде, чем труп рухнул в траву, от него остались одни рассыпавшиеся от удара о землю угольки.
— Обалдеть! — восхищённо воскликнул Николай. — Ты просто обязан сказать, где взять такое!
— Ничего подобного, — возразил я. — Сказал же: таких больше нет.
— Не будь жмотом, Макс!
