- В коридоре такое случается, - ответил я, кивнув. – Не берите в голову. Однако я рад, что мы встретились.
- Правда? – насторожился парень. – Почему?
- Полагаю, нам есть, о чём поговорить.
Анатолий окинул меня внимательным, даже испытующим взглядом.
- Не в туалете, надеюсь? – спросил он, холодно улыбнувшись.
- Нет, предлагаю пойти в читальный зал, раз уж мы оказались рядом. У нас будет минут десять.
- Почему вы решили поговорить именно со мной, Ваше Сиятельство?
- Вы производите впечатление самого разумного из… представителей вашего рода. По крайней мере, из тех, с кем я имею честь быть знакомым.
Было видно, что Анатолий испытывает сомнения. Моё предложение казалось ему странным. Однако любопытство победило.
- Хорошо, - кивнул он. – Десять минут. Не хочу опаздывать на урок.
- Разумеется.
В читальном зале никого не было. Думаю, он вообще не пользовался в течение учебного дня популярностью. После уроков тут сидели отличники, штудируя книги, которые не выдавали на дом. Сейчас же компанию нам составляла лишь случайно залетевшая через форточку муха.
Мы сели в дальнем углу зала. Со стены на нас строго взирали из рамок Пифагор, Евклид, Менделеев и Ньютон. Напротив располагался большой портрет Его Величества в парадном мундире.
- Я вас слушаю, - проговорил, глядя на меня, Анатолий.
- Уверен, ваш брат не усвоил урок и попытается отомстить. Наверняка у него даже уже имеется план.
- Вы хотите, чтобы я это подтвердил или опроверг.
- Нет, я думаю, вы принимали участие в разработке. Не может быть, чтобы вы пустили это дело на самотёк и позволили своему недалёкому братцу действовать самостоятельно.
Анатолий нахмурился, однако вступаться за Кирилла не стал. Умный мальчик. Решил выслушать до конца. Я в нём не ошибся. Впрочем, человеческая природа так примитивна, что даже странно, почему люди сами не видят друг друга насквозь. Думаю, дело в том, что большинство из них – идиоты.
- Однако я уверен, что вы были вынуждены поступить так, - сказал я. – И если бы могли, остановили брата.
Анатолий склонил голову на бок, что могло означать и то, что я прав, и то, что он просто внимательно слушает. Парень оставлял мне самому это решить. Однако я знал ответ, так что подтверждения не требовалось.
- Почему бы нам временно не объединиться? Для общих интересов.
Брови Шуйского приподнялись.
- Предлагаете союз?
- Почему бы и нет? Лично я конкретно против вас ничего не имею.
Анатолий побарабанил пальцами по столу.
- Признаться, не ожидал… И не очень-то верю. Вернее, доверяю. Если вы не хотели конфликта, зачем спровоцировали Кирилла, а затем избили его?
Я пренебрежительно махнул рукой.
- Он всё равно не тот, кто должен унаследовать титул вашего отца. У него нет для этого ровно никаких качеств.
- В каком смысле? – на этот раз Шуйский насторожился по-настоящему.
Ещё бы! Когда маркграф намекает, что лучше бы тебе получить титул, это чего-то да стоит. Но не всё сразу, дорогой! Я уронил зерно в благодатную почву, однако сначала тебе придётся доказать, что с тобой стоит иметь дело. Фактически, сейчас я предлагал Анатолию сделать жесть доброй воли и положить начало нашему союзу. Более долгосрочному, чем я сказал в самом начале разговора.
И, надо отдать ему должное, паренёк меня отлично понял.
- В прямом смысле, - сказал я. - Вы и сами так думаете. Но сейчас речь не о том, кого из вас лучше иметь роду Шуйских во главе. Я лишь предлагаю помочь мне сорвать план вашего брата. Вернее, ваш собственный. Так будет лучше для всех, и с этим-то вы точно согласны.
Анатолий медленно откинулся на спинку стула. Взглянул на часы.
- Времени почти не осталось, - сказал он. – Давайте встретимся завтра. У меня после уроков занятие по инженерному моделированию. Кирилл и Надя туда не ходят.
- Тогда там и увидимся. Рад, что вы решили разумно подойти к ситуации. Я был уверен, что мы найдём общий язык.
Анатолий приподнялся, однако я протянул через стол руку, и мы застыли в немой сцене. Да-да, дружок, сделку с демоном положено скреплять. А ты как думал?
Парень понимал, что, пожав ладонь Пожарского, перейдёт последнюю черту.
И он сделал это. Конечно, сделал. Кто бы сомневался! Люди так же предсказуемы, как катящийся с горы камень: сколько ни меняй направление, непременно упадёшь в пропасть.
От меня не укрылось, что Анатолий обращался ко мне не как к ученику, а как к маркграфу, что вообще, как я уже говорил, в академии не был принято. Видимо, хотел подчеркнуть официальность отношений между нашими родами.
На следующий день я еле высидел шесть уроков. Мы встретились с Николаем внизу и поехали домой вместе. По дороге молчали, хотя от водителя нас отделяла звуконепроницаемая перегородка. Только после обеда, во время которого сёстры весело щебетали, наперебой рассказывая, как ездили на экскурсию в Императорский зоопарк, перекинулись несколькими фразами, понятными только нам. Никто не обратил на них внимания – все слушали девчонок. После чая я откланялся первым. Николай пришёл в мои покои спустя четверть часа.
- Ну, что, мы готовы? – спросил он, потирая руки. – Времени как раз, чтобы добраться до гостиницы.
