- Он программируемый. Люди там вообще нужны только для проформы. На экстренный случай. Рабочие пошли с Рыкиным курить в специальное помещение в цеху, возле входной двери. Пожаробезопасное и всё такое. Он закурил, но потом вдруг вспомнил, что забыл в цеху пропуск.
- И пошёл за ним?
- Конечно. Его не было минут пять или чуть больше. Потом он вернулся, но рабочие уже покурили и возвращались в цех. Так что Рыкин пошёл к себе на склад.
Я сделал глоток кофе. Весьма неплохого, надо сказать.
- Значит, виновен. И, к сожалению, мёртв.
- Но тот, кто его нанял и убил, ещё жив.
- И наверняка либо затаился, либо ищет способ перебраться через милитаризованную зону. Воздушное пространство заблокировано?
- Полностью. По всей территории маркграфства. Это было сделано сразу, как возникли подозрения, что диверсия была сделана не просто ради разрушения складов. Я уверена, что шпион не успел покинуть Россию. Он где-то здесь. Границы графств тоже перекрыты. Ему отсюда не выбраться.
- Выбраться можно, откуда угодно. Просто на это требуется больше времени. Надеюсь, его хватит, чтобы найти агента Бундесрата.
Во дворце меня встретила секретарша с новостями: командир гвардейцев просил передать, что для демонстрации всё готово, и если я желаю, то могу прибыть к шести часам на плац.
- Скажи ему, что я буду. У тебя есть телефон моей невесты?
Лена помрачнела. О, так мы уж и ревнуем! Хе-хе!
- Да, Ваше Сиятельство, я могу с ней связаться. Что прикажете передать?
- Она хотела составить мне компанию. Так что пусть приезжает к половине шестого, если хочет.
- Слушаюсь, - без тени энтузиазма ответила девушка.
Друбецкая явилась вовремя – в компании своей старухи-надсмотрщицы. Видимо, той было поручено следить, чтобы я не распечатал невесту раньше срока. То бишь, до свадьбы. Я и не собирался. Даже начал носить тонкие перчатки, чтобы избежать случайных прикосновений. Не только из-за Марии, а вообще – такие вещи лучше держать под контролем. В конце концов, а каком-то смысле это моё оружие.
Мы отправились на плац в машине. За нами ехала ещё одна – с фуриями, которые не оставляли меня даже на территории поместья.
- Спасибо, что позвал, - сказала по дороге Мария.
- Ну, я же обещал. Надеюсь, тебе понравится.
И мне тоже. Неплохо узнать, на что способны мои воины.
Нас встретили на КПП базы и проводили прямо на плац, где к нам сразу подошёл командир. Я заранее выяснил, как его зовут, - Артём Михайлович Громов. Звание – полковник. Сегодня он был не в камуфляже, а в чёрной форме с красными нашивками.
- Гвардия готова, Ваше Сиятельство, - доложил он с поклоном. – Прикажете начинать?
- Конечно. Для того мы и прибыли.
Офицер покосился на Друбецкую. Понятно: представитель чужого рода, пусть и моя невеста, не должен бы видеть, на что способны мои солдаты. Однако Громов ничего не сказал.
Мы поднялись на трибуну, и я увидел выстроившееся внизу войско. Несмотря на мои слова о том, что мне не нужен официальный смотр, полковник явно решил показать своих архаровцев во всей красе.
В первых рядах стоял солдаты в чёрной броне, на каски у них были наброшены сетки, скрывавшие лица. За ними расположились четырёхрукие титаны ростом по два с лишним метра. Ещё более здоровые, чем егеря. За ними возвышались странные создания, у которых ниже пояса были шесть суставчатых ног, оканчивавшихся острыми костяными шипами. Таких я ещё не видел. Далее на небольшом отдалении выстроились крылатые воины. Даже слегка походили на ангелов, если не считать, что грудь у них была слишком широкая – видимо, чтобы уместить мощные мускулы, отвечающие за махи. И в последних рядах можно было полюбоваться на технику, приписанную к гвардейскому полку: танки, вертолёты, бронеходы с двумя, четырьмя и шестью ногами, носящие пушки и ракетные установки.
- Впечатляет, - сказал я, окинув всё это боевое великолепие взглядом. – Не стоило ради меня заморачиваться, но спасибо.
- Не за что, Ваше Сиятельство, - поклонился Громов. – Вы желали увидеть своих людей в бою. Если позволите, я дам сигнал начинать демонстрацию.
- Да, конечно. Как тебе? – обратился я к Марии. – Нравится?
- Просто класс! – восторженно отозвалась девушка. – Никогда не видела ничего подобного. Наша гвардия куда меньше. Хотя, наверное, я не должна так говорить. Но мы ведь не собираемся воевать, верно?
- Верно, - улыбнулся я. – Только любовь.
Друбецкая смущённо потупилась. Её щёчки залились румянцем. Ну, хоть кто-то здесь ещё способен на подобные чувства.
Громов взял молоток и ударил в большой медный гонг, подвешенный на трибуне справа.
Тотчас в стене открылись ворота, и на плац вышел робот. Выглядел он как человек, только был гораздо выше – больше двух метров. В руках он держал обоюдоострый меч, слишком широкий для средневекового.
- Это один из бойцов Бундесрата, взятый в плен во время битвы при Арденнах, - прокомментировал Громов. – Устаревшая модель, но довольно близкая к тем, которые находятся на вооружении у технократов сейчас. Более новых у нас просто нет, так как давно не было боевых столкновений. Перемирие лишило нас доступа к передовым разработкам бундеров.
