И вдруг он поперхнулся. Сигнала не было. Вообще. Пройти через астероидные поля без повторяемой маячками передачи было практически невозможно! Лихорадочно набрав на клавиатуре параметры новой траектории, согласно которой корабль должен был совершить виток вокруг планеты, огибая пояс астероидов, Вилли развернулся вместе с креслом и склонился над другой панелью.
Он сканировал частоты, прокручивая в голове возможные варианты, при которых сигнал мог исчезнуть. Вообще-то, учитывая то, что вместе с Вахой и Иваром на базе находилась та взбалмошная баба, и принимая во внимание взрывной характер грузина, это могло стать проблемой… Или просто у них сломалось оборудование. Или все-таки по безалаберности своей они позволили местной агрессивной фауне позавтракать собой.
Вдруг сканер пиликнул, выделив какую-то частоту. Повторяющийся сигнал бедствия! Координаты — база!
Глянув на экран, Вилли обомлел — частота была конфедератской.
— Мужики, у нас проблема… — сказал он внезапно охрипшим голосом. — Двигайте сюда.
Шутки кончились.
— Джентльмены, там внизу сложилась явно нездоровая ситуация. Кто-то шлет сигнал бедствия по конфедератскому каналу. Мы с вами знаем и Ваху, и Ивара: никто из них не стал бы вызывать конфедератов даже под страхом смерти.
— Точно, шкипер. Кто-то изменил сигнал. И раз это сигнал бедствия, им там несладко! — это был Дамсон, самый сообразительный среди этого сброда из кубрика.
Вилли расслабился. Действительно! Если сигнал идет, значит, помощь не прибыла. А они — прибыли. Как-никак, десяток матросов, прошедших огонь и воду, ушлые и прожженные парни-модификанты, служившие под началом Ксавьера Саважа… Себя Вилли не считал. Он был шкипером этой транспортной калоши и был неплохим пилотом — вот и всё.
— Значит, ты сажаешь корабль, мы осматриваемся и сообщаем Саважу, так? — спросил Дамсон.
— Я бы не стал рисковать. Груз-то у нас непростой, Саваж нам голову оторвет в случае чего… — вслух размышлял Вилли. — Мы пошлем ему сообщение, а потом будем садиться. Плевать, что это SOS на конфедератской частоте. Главное — маячки фурычат, так что сесть у нас получится. Если капитан решит, что ситуация серьезная, пусть сам разбирается… Эх, жаль челнока нет. Зависли бы на орбите, высадили бы разведку…
Матросы погалдели и отправились к своим креслам пристегиваться.
Вилли тронул манипуляторы управления, приводя в действия маневровые двигатели: нужно было сойти с орбиты.
Огненные вихри облизали обшивку транспортника, когда он, миновав кишащее астероидами пространство, входил в верхние слои атмосферы, и отпустили у самой поверхности: сработали тормозные дюзы, в который раз опалив остекленевшую землю посадочной площадки и стерев с лица земли пробивающиеся сквозь трещины расплавленного кремнезема травинки.
Корабль завис над поверхностью планеты и плавно приземлился.
— А теперь — за дело, ребята! Живо, живо, мать вашу так и растак! — орал Гомес, отпетый головорез и признанный авторитет в вопросах абордажа и наземных столкновений.
«Ребята» вооружались, запаковывались в любимые красные комбинезоны, Дамсон отправился заводить багги — решили прокатиться с ветерком.
— Эй, Толстый! Я поставлю камеру на раму багги, будешь в курсе событий. Ты же из корабля ни ногой, как обычно?
Вилли кивнул:
— Да, как обычно.
После того как обшивка остыла до приемлемой температуры и песок на посадочной площадке тоже, Вилли нажал на кнопку открытия аппарели.
С шипением она опустилась на землю, и багги с вооруженными до зубов матросами выкатился на планету.
Вилли наблюдал за подельниками из иллюминаторов рубки, пока багги не скрылся, и, запоздало сообразив, нажал кнопку закрытия шлюза.
Примерно через полчаса из динамика раздался голос Дамсона:
— Включаю камеру, Толстый. Принимай картинку!
Вилли буркнул что-то в ответ и уставился в экран, откуда на него смотрела рожа Дамсона. Дамсон поправил воротник комбинезона и сказал:
— Начинаем съемку нашего детективного сериала! Итак, на посту номер 1 мы видим следы мародерства и расхищения общественной собственности! — Дамсон отошел от камеры и широким жестом указал на открытую дверь бункера. — Тут явно кто-то похозяйничал, мать его так и растак!
А потом у Дамсона вдруг оторвалась нога, у самого тазобедренного сустава, обдав кровью все вокруг, даже камеру! Раздался какой-то хлопок, а пират уже валялся на траве, издавая истошные вопли.
— Снайпер! — заорал кто-то…
Выстрелы раздавались один за другим, сея ужас и панику в рядах красных комбинезонов. Одному из них попало в голову, которая развалилась на куски, как спелый арбуз, второму продырявило грудь. Дырка была величиной с кулак!
Первым сориентировался Гомес:
— Занять круговую оборону! Огонь из всех стволов! Раненых — в багги!
Сам он засел за обломком скалы и цепким взглядом обшаривал окрестности на предмет самой выгодной позиции для снайпера. Что за винтовка против них работала — он уже определил. Кроме «Бура» ничто не могло наносить такие увечья…
