Мы одновременно взглянули на его способности:
— Я должен украсть у самого себя Генезис? — как-то даже неуверенно для мага с силой навыка 15 переспросил Чак.
— Ну да. Пронзить время и украсть.
— Но как? — опешил Чак. — Время же бежит, и его не повернуть.
— А как ты лазерные лучи отражаешь — выстраиваешь теорию поляризации световых волн?.. Давай я тебе со своей магией помогу. Попробуй для начала представить, что время материально и, к примеру, имеет вид шнура или старой видеоплёнки, на которых раньше кино записывали. Или представь, что время — это книга с пронумерованными страницами и тебе нужна именно та, на которой ты еще не уничтожил Генезис.
— Легко сказать, — выдохнул Чак.
При этих словах мне вспомнился еще один эпизод, случайно подсмотренный в его прошлом…
— Эйни не показывай, а то расплачется. Она её хоронила, — выдохнул Чак, уже плетя какой-то магический узор.
Я попытался его разгадать, но смог понять только одно: он построил маленькую условную копию мира, словно учитель взял в руки глобус, а после раскрутил его, применяя магию подобия. Дальнейшие манипуляции он проводил с энергосферой. Где-то там, на маленькой невидимой копии планеты, был маленький невидимый Чак, готовящийся уничтожить мелкого Генезиса.
Я поймал себя на мысли, что невольно завидую Чаку — несильно, чуть-чуть, но это было все же неожиданно и непривычно. Спирит дал ему силу и понимание тех вещей, которыми я умышленно пожертвовал, выбрав основным предвидение, а не магию.
Маг затаил дыхание и, резко просунув руку в свой же цикл, выдернул её, уже зажатую в кулак, и медленно разжал. На ладони Чака Вульфена лежала хрупкая пробирка с неистово метающимся по крохотной тюрьме одноглазым слизнем зелёного цвета.
— Не урони, — тяжело выдохнул он, протягивая мне сосуд. — А то не поймаем.
Я принял у него из рук эту тварь, плод больного мозга ученых миров минус первого, если не минус второго порядков, и, улыбнувшись, поинтересовался:
— Тот ты ничего не заподозрил?
Чак нахмурился.
— Я правильно понимаю, что если бы заподозрил, то мы бы уже давно об этом знали?
— Да ладно, я шучу. Конечно же, да. Возможно, и наше настоящее изменилось бы… Ну что, назад, на «Обаму-первого»?
— Да, давай, — кивнул Чак, но, заметив моё замешательство, спросил: — Что-то не так?
— Да вот смотрю на вашу Землю и думаю, как так случилось что мы всё это потеряли.
— Вряд ли тебе интересен сам способ. Думаю, ты хотел сказать, что хотел бы всё это восстановить на Терре?
— Да, наверное.
Я потянулся сорвать зелёный, почти с указательный палец древесный лист неизвестного мне дерева, будто хотел запомнить Землю на ощупь и на запах.
— Эйни сказала бы, что нельзя рвать, потому что это снижает рейтинг.
— Не думаю, что на пятьсот тысяч, но спасибо, что сказал. Нам на Терре есть чему у вас поучиться. Пойдём уже на совет, а то они нас без нашего присутствия там казнят.
— Только тебя и ждал.