Магеллану ещё не доводилось испытывать подобное. Демон, его командир, всегда шёл вперёд, несмотря ни на что. Его сила и воля передавались отряду. До тех пор, пока в экспериментальных целях остальных бойцов не заменили на дроидов. А после меньше чем через год подобная практика была внедрена во все подразделения. Машины почти всегда были лучше людей. Быстрые, меткие и практически неуязвимые. Но, как показала последняя операция, человек всё ещё мог кое-что противопоставить своим механическим детищам. Как сейчас, через десять лет, обстоят дела, Магеллан не знал. Возможно, теперь всё изменилось, и в случае чего, у человечества уже не будет шансов против восстания машин.
— Меня чуть не пристрелили, когда я пришла. Они были сильно встревожены. Я всё поняла — они решили позорно сбежать. Я спросила про твою судьбу, но они не ответили. Подумала, раз они потеряли надежду, значит ты ушёл и не будешь нам помогать за то, что мы с тобой сделали.
— Это сделали они, Рада. Они чуть не убили нас с тобой, — поправил Магеллан.
— Они хотели отомстить за своих. После того, как второй отряд вероломно расстреляли земляне, — в её глазах появился огонь.
Капрал понимал её. Эти люди, с которыми она спасалась от тварей и делила кров, стали ей как семья. Они вместе выбирались на вылазки, помогали остальным и пытались выжить. Но прилетел Скиртэм и решил их судьбу одной очередью из плазменной пушки челнока.
— В общем, ты прибыл вовремя. Президент уже отдал приказ заводить двигатель. Мне предложили ехать вместе с ними, и как только я решила ответить, появился ты.
— И что ты хотела им сказать?
Рада вдруг широко улыбнулась:
— Послать их на большой хрен и проклясть до седьмого колена!
Они долго хохотали, заставляя окружающих их людей оглядываться в недоумении на железного человека и девушку, радостно смеющихся почти сразу после кровавой бани, устроенной на нижних этажах больницы.
— Никогда бы не подумал, что воспитательницы из детского сада такие боевые!
Девушка вдруг замолкла. Её глаза увлажнились, а губы прошептали:
— Жизнь заставила. И смерть…
— Самое страшное, когда гибнут невинные дети, — начал десантник, но Рада его перебила.
— Давай не будем об этом. Лучше расскажи, что с тобой происходило в это время?
Магеллан решил не вдаваться в подробности, поэтому поведал ей лишь о том, как выбрался из импровизированной камеры и натолкнулся на геноморфов. Как чудом спасся и нашёл свою броню, а потом взорвал подвал гранатами, найденными в оружейной. Он совсем не хотел науськивать девушку на президента и его друзей, из-за чего и умолчал об их действиях в отношении него. Нечего ей встревать в это липкое дело.
— Как же мне повезло, что я встретила тебя, — улыбнулась Рада, и встала.
Она подошла к Магеллану, нагнулась к нему и коснулась его лба своими губами.
— Беру свои слова обратно, Два семь. Шансы на перепихнуться с этой очаровательной барышней у тебя всё-таки есть, — усмехнулся цифровой демон в его голове.
Капрал пропустил язвительную шутку Беты мимо ушей, ведь у него появился ещё один стимул для того, чтобы вытащить всех из этого Ада. И этим стимулом была она — Рада. Девушка, которая пережила столько ужасов, но до сих пор не опускала руки и не сдавалась. Она была настоящим воином, хоть в мирной жизни возможно и не догадывалась об этом своём качестве. Увы, судьба никогда не спрашивает, когда решает поиграть с тобой в смертельную игру. И, чтобы выиграть у неё хотя бы одну партию, не перестав быть человеком при этом, главное, не только не поддаться страху и бороться за своё существование, но и следовать зову справедливости.
— Спасибо… Рада.
Девушка кивнула и упёрла бока в руки, словно приготовилась к новым свершениям:
— Президент ждёт тебя на пятом этаже в кабинете главного врача. Нам надо вместе обсудить, что делать дальше.
— Намёк понял, иду!
Они направились к лестнице, и Магеллан в который раз посмотрел через окно в сторону забора. За ним совершенно никого не было. От гигантской стаи геноморфов не осталось и следа, будто их и не было вовсе. Его терзала неизвестность. Капрал не знал, насколько долго в этот раз продлится затишье перед бурей. Сколько ещё времени адские твари будут исполнять роль дрессированных собак, пока не поймут, что их обвели вокруг пальца. Сирена до сих пор оглашала округу — белый дрон всё ещё нарезал круги над зданием госпиталя, словно голубь мира.
Дверь главврача была выполнена из натурального дерева, что было бы слишком дорого и вычурно для подобного медучреждения на Земле. Но колонии, в отличие от Центра, могли себе такое позволить ввиду огромных ещё даже на одну сотую процента не освоенных запасов природных ресурсов и малого количества народонаселения. Существующий строй толкал людей покидать насиженную некогда голубую планету праотцов и отправляться в далёкое путешествие на новую землю, где их ждал не только тяжёлый труд и новые испытания, но и новые открытия. И ещё кое-что, чего уже почти не осталось на планете Земля — свобода.
