С князем мы уладили все дела. Он согласился ждать, сказал, что в ближайшие двое суток представит мне все необходимые детали, для строительства ифриторского станка.
— Ого, — скривился он, когда я написал ему список необходимых деталей и материалов, — ты собрался строить магобомбу из прошлого?
Станок и правда требовал для строительства редкие элементы, которые встречаются, в основном в военной промышленности. Но я знал, что в Великорусской империи с ними не должно было быть проблем. Попади я к римлянам или на восток, тогда раздобыть их стало бы настоящей проблемой.
Я промчался очередной перекресток на пути к дому. В это время трасса была почти пустой. Редкие военные грузовики шли навстречу. Но большинство офицеров и тех дворян, что, как и я, служили командировочным способом, уже разъехались по домам.
Внезапно, что-то подозрительное бросилось мне в глаза. Я посмотрел в зеркало заднего вида. Справа, на перекрестке, что я только что промчал, зажегся свет фар.
Автомобиль, словно бы дожидавшийся, пока я проеду, вырулил на трассу и стал быстро нагонять. Я напрягся, стиснул руль и почувствовал, как по коже салона побежала дрожь. Машина в любой момент готовилась стать одержимой. Стоило лишь отправить мысленную команду.
Красная спортивная Юрга отечественного производства, пошла на обгон. Я взглянул на водителя и расслабился. Спорткар же пристроился передо мной, включил поворотник, сигнализирующий о желании съехать на обочину. Я хмыкнул, сбавил скорость и съехал. Красная почти синхронно сделала то же самое.
Дождь, активный, но еще не перешедший в ливень, барабанил по стеклу. С едва слышным шипением работали дворники. Фары моей машины освещали короткий багажник красной тачки.
Дверь открылась. На дождь вышла Валя. Одетая в гражданское, она почти сразу намокла. Темные волосы девушки, завились на кончиках от влаги. Обтягивающие широкие бедра стройных ног джинсы потемнели. Красная кожанка, намокнув, заблестела. Девушка решительно направилась к моей машине. Бросив взгляд на ее свободные руки, я ухмыльнулся. Вышел.
Красивое лицо Вали сразу же ожесточилось. Девушка свела темные брови, изогнула губы. Ускорившись, она размахнулась, выбросила кулак.
Реакция сработала сама собой. Я ушел влево, хлопнул по ее предплечью ладонью, сбил траекторию удара. Девушка потеряла равновесие. Оказавшись справа, я толкнул ее на машину. Валя навалилась грудью на верх двери. Я тут же прижал ее, заломил свободную руку.
— Агх! Пусти!
— Нет. Пока ты не успокоишься.
— Ты не дал мне! Не дал спасти ее!
Я шумно выдохнул, сдержанно покачал головой.
— Я спас тебя от смерти, Валя. Твоя сестра тебя не помнит. Для нее ты была бы лишь препятствием, которое нужно устранить.
— Ложь!
Я не ответил. Отдернул девушку от машины, резким движением развернул к себе, прижал снова. Она не растерялась и попыталась с ходу дать мне коленом в пах, но хлопнула в ладонь. Схватив коленку, я тут же сильно ее стиснул. Девушка оскалила зубки, скривилась от боли.
— Либо ты выслушаешь меня, — заглянул я ей в глаза, — либо я засуну тебя в багажник твоей же машины. И так и оставлю, пока не найдется добрячок, который вытащит тебя оттуда.
— Пошел к черту!
— Хорошо, — ухмыльнулся я. Схватил ее, заломив руки, повел к ее машине.
— Отпусти! Эй! Сумасшедший! Хватит! А! Сука!
Она пыталась топтать мне ноги, но не смогла. Моя реакция была намного лучше. Нажав кнопку, я распахнул дверцу багажника.
— Ого, — рассмеялся я, — а у тебя есть на это все разрешение?
На дне багажного отделения валялось оружие: пара автоматов, пистолеты, ножи, патроны. Я видел даже несколько гранат.
— Это ты сумасшедшая, — улыбнулся я.
— Не твое дело!
— И правда. Сама будешь объяснять, почему оно тут валяется, — я взял пистолет, бросил его себе под ноги.
— Прекрати!
— Если не освободить место, ты туда не влезешь, — следом отправился и автомат.
— Ладно! Хватит! Отпусти меня!
— Не сделаешь очередную глупость?
— Нет! Мы просто поговорим!
— Ты просто выслушаешь.
— Проклятье, пусти!
— Не слышу?
— Да! ДА! Я просто выслушаю!
— Отлично, — я разжал пальцы, выпустил ее тонкие кисти из руки.
Девушка тут же повернулась, взглянула на меня так злобно, что я решил, будто она нападет. Однако, почти сразу Валя расслабилась, грустно опустила глаза, принялась разминать затекшие руки. Мокрые волосы закрывали ей лицо.
— Сейчас Алевтины не существует. Ее нет. То, что ты видела тогда — лишь ее тело, под чужой властью.
— Это не так, — Валя не поднимала глаз, — я видела ее. Видела… она узнала меня. Я видела это в ее глазах.
— Ты права, — я кивнул, — действительно. Она узнала тебя. Но это не значит, что она бы не убила.
— О, предки рода, — Валя, оперлась попой о машину, тронула лоб, — это была она! Я видела! С ней было что-то не так. Словно бы помутнение рассудка. Но я видела, что она понимает! Мне казалось… казалось, что стоит протянуть руку. Стоит дотронуться и взглянуть в глаза, и она вспомнит меня, — девушка всхлипнула, — ведь она жива… жива, понимаешь?
