В Луарвиг мы въехали, когда сумерки только начали сгущаться. Я опять проспала полдня, может, потому что только утром Браю удалось едва не силой запихнуть меня в уютную комнатку на жилом уровне его подземного дворца. Я отчаянно сопротивлялась, заявляя, что спать мне не хочется и, вообще, нельзя терять времени на пустяки. Он сказал, что запрёт меня на ключ и приставит к дверям вооружённую охрану, если я немедленно не успокоюсь. Я подумала, что из любви ко мне он способен ещё и не на такие безумства, и не стала больше спорить. Потом я решила прилечь на минутку и встала около полудня, как раз к завтраку. А потом Джерри собрал всё, что, по его мнению, мне было необходимо для моего сумасшедшего рейда, и мы отправились к Скале Падающей Птицы, чтоб закончить подготовку. И уже вечером, когда для меня притупилось ощущение новизны моей суперидеи, а у моих друзей уже не осталось надежды повлиять на моё решение, мы отправились в путь.
Поскольку сопровождал меня только Джерри, я подозревала, что Кристоф тоже что-то затеял и не без участия Джона и Брая. Но он ничего не сказал об этом, а лезть в бутылку с моей стороны было попросту некорректно, и я не стала соваться в их игру, чтоб ещё больше не перегружать свою.
— А если все «паучихи» уже разбрелись по городу? — мрачно проворчала я, сидя рядом с Джерри в кабине его синего с серебристой полосой флаера «планета-космос».
Он повернулся ко мне, но я не сумела оценить всей гаммы чувств, отразившихся в его взоре, поскольку он был в зеркальных очках.
— Тебе что, не терпится застать там всю банду? — осторожно осведомился он.
— Естественно! Иначе, какой смысл заводиться? — пожала плечами я.
На сей раз, он приподнял очки и внимательно посмотрел на меня.
— Может, ты зря не захватила с собой огнемёт?
— Может, и зря… — пробормотала я. — Но вообще-то я не люблю, когда оружия слишком много.
— Обговорим всё ещё раз, — произнёс он, опуская очки обратно. — Я буду ждать в машине рядом с входом в катакомбы. В случае возникновения критической ситуации ты подаёшь мне сигнал через радиобраслет, и я иду к тебе на помощь. Возражений нет?
— Неа… — мотнула головой я, чтоб не огорчать его. — А почему эта площадь называется Жертвенной?
Мы как раз выехали на огромное пустое пространство, где вдалеке можно было разглядеть какие-то обломки колонн и вросшие в землю руины, в потёмках казавшиеся чёрными. Если учесть, что со всех сторон эта площадь была окружена обычными домами, то можно понять, почему она выглядела немного необычно.
— Потому что она и есть жертвенная, — ответил Джерри, поворачивая перламутровое колесо руля и направляя флаер к узкому переулку на другой стороне площади, — Вон видишь, прямая дорога? Она называется Жертвенной. По ней из Храма приводили пленных фергов и рабов, и жрецы-киотиты приносили их в жертву своим богам. Это было ещё до того, как самый первый Келх взял Хюр в бессрочную аренду, и даже до того, как сюда вообще прилетели наши. Это очень древнее место. К тому же, оно явно аномально. Вон те руины — это остатки домов, которые тут пытались строить. Ни один дом не простоял и года. Камень крошится, а обитатели сходят с ума, убивают друг друга и умирают. Брай производил здесь некоторые исследования, и большинство параметров в точности совпало с тем, что я уже двадцать пять лет наблюдаю в Пустыне Огненного Глаза. Даже в Храме нет такой интенсивной аномалии.
— И ты гонишь прямо через площадь? — я поёрзала на сидении.
— Ты думаешь, дома я езжу по периметру? — спросил он. Под домом он явно имел в виду Пустыню, где нормальные люди жить не могут. — Не бойся, пока ты со мной, тебе ничего не угрожает.
— Приятно слышать, — пробормотала я и с облегчением вздохнула, поскольку мы как раз в этот момент покинули площадь и въехали в тот самый переулок.
Попетляв минут пять в лабиринте улиц, Джерри остановил свой флаер на платной стоянке. Пощёлкав кнопками на приборном щите, он каким-то образом убедил электронный счётчик, что оплатил стоянку на всю ночь, и, открыв дверцу, вышел из салона.
Уже совсем стемнело, и мне почему-то вовсе не хотелось вылезать из его элегантной бронированной «тачки». Однако отступать было поздно. Джерри ждал меня, оглядываясь по сторонам. На сей раз он не стал рисковать, изображая из себя Пустынного Льва. На нём был роскошный комбинезон из шкуры скат-лоренского морского змея скаталона. Это что-то вроде земной «чёртовой кожи», но матово блестит, как натуральный шёлк, и обеспечивает защиту от умеренных воздействий окружающей среды. Вылезая вслед за ним из машины, я мучительно раздумывала, не буду ли я выглядеть слишком бледно рядом с таким спутником.
— Дальше ехать опасно, — объяснил он, когда я подошла. — Пойдём, тут недалеко. Потом я вернусь, и буду ждать твоего сигнала.
