Еще на Зургане был случай… У Рогуса за день до старта заболел маленький сын. Рогус единственный из членов экипажа оставлял на Зургане семью. Его отпустили с корабля в город Сумору проведать сына. Всего на два часа! Но Рогус вернулся с небольшим опозданием, что было непохоже на пунктуального бортинженера.
А перед самым стартом председатель Совета Астронавтики Нанди-Нан отозвал меня в сторону и спросил:
— Помнишь, как Грон-Гро предупреждал, что воспроизводящий фарсан под номером четыреста десять мог уцелеть? Он оказался прав. Только что его обнаружили недалеко от Суморы…
Но кто мог подумать, что фарсан за каких-нибудь два часа сумел увести Рогуса в безлюдное место и там превратить в своего “собрата”? Нет, тогда и мысли такой не мелькнуло.
— Как же его обнаружили? — спросил я Нанди-Нана.
— Он ждал, когда на Зургане забудется вся эта нелепая и страшная история с фарсанами. Но прошло всего полгода, и фарсан не выдержал — он проявил активность и тем самым разоблачил себя.
— Активность? — в ужасе переспросил я, догадываясь, о чем говорит Нанди-Нан: фарсан убил человека!
— Да. Ученые, исследовавшие захваченного фарсана, нашли, что за полгода он проявил активность всего один раз и совсем недавно. Но ты не беспокойся. Этот воспроизводящий фарсан мог оставить после себя только простого фарсана. А простые нам сейчас не страшны, и мы его быстро найдем…
Так фарсан (теперь-то я почти уверен, что Рогус и был тем самым простым фарсаном) стал участником первой межзвездной экспедиции.
Рогус выглядел типичным представителем расы сулаков, которые веками, до наступления Эры Братства Полюсов, угнетались шеронами. В его сутулой фигуре было что-то пришибленное и виноватое. А в лице не было ничего запоминающегося, ни одной оригинальной черты, ни одного броского штриха. Лишь своеобразная, бесхитростно-детская улыбка иногда озаряла лицо.
Эта простодушная улыбка мне сразу и не понравилась.
Другим членам экипажа Рогус пришелся по душе. Он покорил всех своей скромностью, трудолюбием и громадной технической эрудицией.
— Удивляюсь, — говорил мне Али Ан, — почему Рогус тебе неприятен. Хороший бортинженер, скромный товарищ. Чего еще надо? Не понимаю!
Почти все свободное время Рогус проводил в своей каюте. Там он упорно работал над каким-то фантастическим изобретением. Кажется, он конструировал нейтринную пушку, которая давала бы возможность производить локацию звездных недр. От кого же я впервые услышал об этой пушке? Ну да, от Али Ана! Он первый получил приглашение Рогуса посетить его каюту. И я снова похолодел от ужаса. Али-Ан — фарсан!.. Если Рогус фарсан, то Али-Ан никак не мог избежать страшной участи. “Дружба” Али-Ана с Рогусом погубила пилота. За ним первым дверь каюты Рогуса захлопнулась, как дверца мышеловки. Оттуда Али-Ан уже не вышел. Вместо него из каюты Рогуса появился фарсан, с ювелирной точностью скопировавший не только внешность, поведение и привычки Али-Ана, но и его духовный облик.
Да, но Рогус… Рогус же не мог быть воспроизводящим фарсаном. Значит… Неужели у него в каюте аппаратура Вир-Виана? Что же делать?
Насколько мне помнится, это случилось в первый год нашего полета. И все остальные годы никто не подозревал, что вместо Али-Ана его обязанности на корабле выполнял — да еще как безупречно! — фарсан. Быть может, остальные члены экипажа тоже стали жертвами Рогуса, который “работал” уже вместе с Али-Аном? Но когда?
Во всяком случае, я хорошо помню, что совсем недавно, за день до квантового торможения, дверь каюты Рогуса захлопнулась за Сэнди-Ски…
Когда думаю обо всем этом, кровь холодеет в моих жилах, и я задаю себе вопрос что же делать?
Бороться? Но бороться с фарсанами невозможно, бессмысленно. Голыми руками их не возьмешь. Они обладают страшной физической силой. Правда, на корабле, в грузовом отсеке, хранится лучевое оружие на случаи, если обитатели других планет проявят агрессивность. Это оружие я мог бы незаметно взять. Но лучи, смертельные для людей, бессильны против фарсанов.
“Но кто же остался в живых? И почему я жив? Почему фарсаны Рогус и Али Ан в первую очередь не убили меня — начальника экспедиции, капитана корабля?” Вот с этими отчаянными мыслями мне и надо сейчас попытаться заснуть. Заснуть обязательно. Ведь мне предстоит завтра вести себя среди фарсанов так, чтобы они не знали о моих догадках. Одному мне не справиться с фарсанами. Поэтому надо рассказать живым членам экипажа о своих подозрениях Но кто же остался в живых? Кто?
16-й день 109 года
