– Land der Berge, Land am Strome![2] – решил не отставать австриец Граф.
– Я буду прикрывать вас пулеметным огнем! – крикнул вслед своим союзникам благоразумный и хладнокровный Карло Мартелли. Но стрелять не стал – ему тоже мешала пылевая завеса.
Четыре минуты спустя плюс-минус итальяно-австрийцы вынырнули из искусственной песчаной бури и столкнулись с олимпийцами лицом к лицу. На такой дистанции винтовки и револьверы столетней давности были бесполезны – слишком долго перезаряжать. Оружие олимпийцев тоже не страдало новизной – "маузеры" и "манлихеры", у некоторых даже "арисаки".
– В штыки! – воскликнул вице-король Итальянского Марса. – Режь их, ребята!
Штыки были не у всех, в ход пошли приклады и рукоятки револьверов.
"Как просто воевать на Марсе, – подумал Вальтер, – достаточно совсем чуть-чуть разбить противнику лицо – и все. На Земле такое ранение вряд ли приведет к смертельному исходу, но здесь – совсем другое дело!"
Разумеется, между прикладом и лицом находилось стеклянное забрало защитного шлема – его-то и следовало разбить в первую очередь. Или пырнуть противника штыком. Все равно куда – в живот, в ногу, в руку. Главное – пробить скафандр! После этого у пострадавшей стороны наступает кислородное голодание, обморожение и верная смерть.
ДА, СМЕРТЬ!
К счастью, на такой дистанции оказались бесполезны и вражеские танки. Они не могли стрелять по итальянцам в "мертвой зоне"; не могли даже задавить их, опасаясь задеть собственных пехотинцев. Хотя олимпийцы презирали человеческую жизнь даже больше, чем европейские фашисты. Азиатские варвары – и этим все сказано!
По крайней мере, таковыми их объявила официальная фашистская идеология.
Вот и сейчас они поступили как варвары. Олимпийские танкисты покинули кабины своих марсоходов и присоединились к рукопашной.
Не стоило им этого делать!
Когда пал последний сраженный олимпиец, один из итальянских марпехов ухитрился потрясти своих товарищей. Он взобрался на башню ближайшего опустевшего марсохода и принялся размахивать национальным флагом, извлеченным из патронташа.
– Победа! Vittoria!
Перевели дыхание и осмотрелись вокруг.
Поле боя осталось за Фашистским Альянсом. Пленных не было. Раненых олимпийцев тоже. Их и не могло быть – укол, кислородное голодание и дальше по списку. Итальянцы потеряли только одного пехотинца. Однако на этот раз к потерям отнеслись немного по-другому.
– Погибший в бою – это не погибший в авиакатастрофе, – пробормотал маршал Биорди.
"Какая катастрофа, нас же сбили!" – подумал Вальтер.
– Всем построиться! Приготовить оружие к тройному салюту!
– Я не могу участвовать, – сообщил Пасталоцци. – Мой автомат заклинило после четвертого выстрела!
– Похоже, русский сержант продал нашему венецианскому купцу металлолом, – ехидно заметил санмаринец Мартелли, оставшийся где-то позади, в "опорном пункте".
– И Альберто куда-то пропал, – внезапно обратил внимание Сталлоне. – Альберто, где ты?!
Австриец не отвечал. Причина могла быть только одна. Но не в этот раз. Обер-лейтенант Граф все-таки ухитрился угодить под гусеницы одного из олимпийских танков.
– Жив, – удивленно отметил осмотревший австрийца Дарданелли, – ему всего лишь ногу расплющило, вот он сознание и потерял. Герметичность скафандра не нарушилась. Но вряд ли долго протянет. Предлагаю избавить беднягу от мучений. Это наш долг!
– Наш долг – спасти его! Это наш верный союзник! – возразил Биорди.
Презрение к жизни никак не отменяло насущные вопросы внешней политики.
– Кто умеет управлять этой машиной?!
– Я, эччеленца, – отозвался сержант Баста, – это же Т-58, здесь нет ничего сложного…
– Тогда садись за руль и попробуй сдвинуть ее с места. Только осторожно!
– Рикарда, ты нас слышишь? – продолжал маршал. – Есть связь?!
– Да, но…
– Так пусть скорее летят к нам на помощь! У нас раненый! Мы должны спасти его!
– Что-то здесь не так, – пробормотал Вальтер, копаясь в одном из трофейных танков. – Вот и контейнер от зенитной ракеты… Похоже на обычную китайскую подделку.
– Что не так?
– Слишком легко мы одолели их. Слишком мало людей они прислали, и всего четыре машины.
– Более крупному отряду не удалось бы остаться незамеченным, – заметил Дарданелли.
– Не знаю, не знаю… – протянул Сталлоне. – Рикарда, в кратере все в порядке?! Это мог быть отвлекающий маневр!
– Здесь все тихо, противник активности не проявляет, – отозвался санмаринец Мартелли. – Долго вы там еще?!
– Мы поедем обратно на захваченных марсоходах, – решил Биорди. – Карло, смотри, не обстреляй нас!
Но они даже не успели двинуться с места, как в ночном небе внезапно появилось нечто, окруженное сверканием бортовых огней.
– Что может быть хуже олимпийцев? – пробормотал Пасталоцци. – Только американцы!
– Вы не дали мне договорить, – напомнила о себе Рикарда, – мне удалось связаться с пролетавшим американским маршаттлом, они готовы подобрать нас.
Марсианский челнок "Вагабонд", украшенный эмблемами американских ВВС, плавно опустился на поверхность. Распахнулся люк, затем откинулся трап, по которому спустились астронавты, вооруженные помповыми дробовиками.
