– …здесь мы будем стоять! Здесь мы будем сражаться! И пусть их космические армады заслонят Солнце – тогда мы будем сражаться в тени! И пусть мир запомнит, как немногие стояли здесь против многих! И пусть Британия запомнит, как многим она обязана этим немногим! И даже если огромные просторы старой Земли, колыбели человечества, станут добычей коммунистической диктатуры или фашистской тирании, мы не опустим руки и продолжим борьбу! Мы пойдем до конца, мы будем бороться на морях и океанах, мы будем сражаться с растущей уверенностью и растущей силой в воздухе и в космическом пространстве! Мы будем защищать наш Остров, какова бы ни была цена, мы будем сражаться на пляжах, мы будем драться в портах, на суше, мы будем драться в полях и на улицах, мы будем биться на холмах; мы никогда не сдадимся и даже, если так случится, во что я ни на мгновение не верю, что этот Остров или большая его часть будет порабощена и будет умирать с голода, тогда наша Космическая Империя, вооруженная и под охраной Британского Флота, будет продолжать сражение, до тех пор, пока, в благословенное Богом время, другие планеты, со всей их силой и мощью, не отправятся на спасение и освобождение Земли. Братья и сестры, британцы, помните о главном – финал этой величайшей битвы в истории человечества не предопределен! Потому что нет иной судьбы кроме той, которую мы творим собственными руками! Помните об этом – нет судьбы!!!
– Вот теперь нам точно конец! – расхохотался санмаринец. – Она прекрасна, не правда ли?! Триста британцев, ха-ха-ха!
– Чему ты радуешься – не понимаю, – искренне признался Вальтер. – И тем более не понимаю, на что ты надеешься.
– Я надеюсь, – хитро улыбнулся Мартелли, – что отправленные в небо ракеты не заметят крошечное пятнышко на карте, обозначенное цифрой. Тысяча семьсот лет – семнадцать веков, мой друг Вальтер, вокруг нас рушились империи, проносились орды варваров, кипели бурные страсти, гибли целые народы и цивилизации, но гора Титано даже не шелохнулась. Так будет и в этот раз. Запомни мои слова, Сан-Марино еще всех переживет!
– Как скажешь, – не стал спорить Сталлоне. – Извини, мне пора.
– Кстати, самое интересное ты пропустил! Власть не только в Лондоне поменялась, но и в Москве!
– В Москве?! Кому это удалось?!
– Разумеется, в Москве обошлось без парламента, – хихикнул санмаринец, продолжая демонстрировать свое прекрасное настроение. – Просто городу и миру объявили, что "царица" Валентина по состоянию здоровья ушла на пенсию.
– Позволь мне угадать, – остановил собеседника итальянец. – Ее сменил не мужчина?
– Нет, разумеется, – осклабился Мартелли.
– Тогда кто?
– Джулия.
– Какая Джулия?!
– Да уж конечно не Джулия Чезаре, ха-ха-ха!
– Черт побери, планета действительно погибла, – пробормотал потрясенный Вальтер.
От мрачных мыслей его отвлекло гудение марсофона. Он достал аппарат и прочитал сообщение на экранчике: "Срочно вернитесь в центр связи".
– Мне действительно пора, Карло. Увидимся ближе к обеду.
– Чао! Будь здоров!
– Что случилось? – спросил Сталлоне, вернувшись на этаж, где находились владения Рикарды ди Милано.
– Понятия не имею, – развела руками эфиопка. – Закодированный сигнал. Особый пароль. Хотели говорить с тобой лично.
Вальтер подождал, пока захлопнется дверь, и в очередной раз устроился за пультом тахионного передатчика.
На этот раз на экране появилось изобрадение незнакомого ему офицера в белоснежном мундире Королевского Космического Флота. Собеседник был хмур, суров и выбрит до синевы. Его грудь украшали Пылающие Кометы и Железные Звезды. Вальтер машинально приложил ладонь к козырьку фуражки, человек на экране ответил аналогичным жестом.
– Говорит линкор-капитан Андреа Геллеспонти, командир звездолета "Клаудио ил Готико". В настоящий момент мы приближаемся к Марсу и через девяносто минут планируем совершить посадку на космодроме Арсия. Герцогиня предупредила нас, что вы тот человек, с которым мы должны связаться в первую очередь.
Сталлоне насторожился. Немногие граждане Итальянской Империи осмеливались называть Внучку – Герцогиней. Да, она действительно носила такой титул, но…
– На борту корабля находится наследник престола, принц Пьемонта. Его Высочество пожелал лично присутствовать на заключительном этапе операции.
"Vaffancazzo!"[3] – только и подумал Вальтер.
– Будьте готовы достойно его встретить, подполковник. "Клаудио ил Готико", конец связи.
– Добро пожаловать на Марс, Ваше Высочество!
– Благодарю вас, дон Северино, – добродушно кивнул принц Эммануил-Филиберт Савойский. – Рад снова посетить знакомые места, с которыми связано так много приятных воспоминаний!
"Еще бы, – подумал Вальтер, – кто-то прилетает сюда, чтобы развлекаться, а другие здесь работают и сражаются!"
– Подполковник Сталлоне, если не ошибаюсь? – принц Филиберто повернулся к нему. – Наслышан, наслышан! Надеюсь, вы нас сегодня удивите?
– Приложу все усилия, Ваше Высочество!
