"E la mia giustizia calera sopra di loro con grandissima vendetta e furiosissimo sdegno su coloro che si proveranno ad ammorbare, e infine a distruggere i miei fratelli!"[7] Ну вот, опять какая-то чушь лезет в голову!
– Dieci! nove! otto! sette! sei! cinque![8] quattro! tre! due! uno!!![9]
– СБРОС!
– Бомба пошла! Девяносто пять секунд до попадания!
– Здесь "Каракалла", покидаю позицию…
– Buon viaggio![10] Восемьдесят секунд!
"Sansone che afferrava le colonne del tempio!"[11]
– Шестьдесят секунд!
"Ce l'ho fatta, Mamma! Sono in cima al mondo!"[12]
– Сорок секунд!
"Вот вроде бы и все. Я перебрал все подходящие классические цитаты. Или нет?"
– Двадцать секунд!
– 10! 9! 8! 7! 6! 5! 4! 3! 2! 1!!!
– КОНТАКТ!
– Что-то не так? – спросил еще секунд через десять немного удивленный Филиберто. – Ничего не проис…
ДА БУДЕТ СВЕТ!
Вот уже миллионы – нет, миллиарды лет! – всегда тусклый и сумеречный Марс не видел подобного рассвета. Светофильтры и защитные очки оказались бесполезны. Люди кричали от боли и изо всех сил прикрывали глаза ладонями, но свет проникал повсюду. Прошло не менее пятнадцати секунд, прежде чем вспыхнувшее на вершине Олимпа искусственное солнце принялось постепенно гаснуть.
"А ведь до эпицентра – полторы тысячи километров!" – с ужасом подумал Вальтер, протирая глаза и возвращаясь к своим мониторам. Черт, этот спутник не выдержал и сгорел, этот тоже… Хоть этот уцелел и продолжает траслировать изображение. А вместе с ним и бортовые камеры стремительно удаляющегося "Императоре Каракалла"…
– Впечатляет, впечатляет, – к принцу Филиберто вернулся дар речи. – Интересно, как сильно пострадала наша цель? Подполковник, все уже закончилось?
"Нет, идиот, все еще только начинается!!!"
"Там Диомед поразил и, бессмертную плоть растерзавши,
Вырвал обратно копье. И взревел Арей меднобронный!…"
Один из мониторов демонстрировал особенно четкую картинку. Но от этого она не становилась более понятной. Казалось, что Олимп нисколько не пострадал. Не пострадал?! Нет, он как будто сохранил свои размеры, но очертания становились все более расплывчатыми, Цитадель Марса принялась постепенно терять привычные формы… НЕТ! Это была уже не прочная каменная гора, а гигантская перевернутая пылевая воронка! Воронка, которая постепенно расширялась – все быстрее и быстрее!
– Держитесь… – прошептал Сталлоне. – ДЕРЖИТЕСЬ! – крикнул он в полную силу своих легких. – Держитесь крепче!!!
Пол под ногами итальянцев заходил ходуном, потолок украсился трещинами, панорамные экраны и бронестекла брызнули бриллиантовым дождем. Никто из стоявших не удержался на ногах, да и все сидевшие очень скоро были сброшены со своих кресел. Уже лежа на полу, Вальтер ухитрился бросить взгляд на шкалу сейсмографа. Нет, не может быть, подумал он. Прибор не выдержал перегрузок и сломался. Скорей всего.
Но перегрузки были первичны.
Четырнадцать баллов по шкале Рихтера!!!
Один из мониторов, сброшенный со стола подземными толчками, оказался прямо перед носом подполковника, и прежде чем закрыть глаза, он успел увидеть невероятную, колоссальную, титаническую – не менее тридцати километров в высоту! – багровую пылевую волну, спешащую накрыть гору Арсию.
"Если мы выживем сегодня… если я выживу… если мне повезет…" – прыгали мысли в голове Вальтера, но он так и не придумал, какое обещание дать – и кому.
Прошло немало минут, прежде чем подземные толчки пошли на убыль, восстановилось освещение, и потрясенные люди понемногу вернулись на свои боевые посты.
– Как видно, мы где-то ошиблись в расчетах, – нашел в себе силы сказать маршал Биорди. – Надо было взорвать бомбу где-нибудь подальше…
Никто ему не ответил. На какое-то время простая человеческая речь потеряла всякий смысл. Невозможно было описать словами бушевавшую за стенами крепости стихию.
И она продолжала бушевать.
– Это было прекрасно, великолепно, восхитительно! – Внучка была готова лопнуть от восторга на седьмом небе от счастья. – Вспышку наблюдали все обсерватории! Ее даже было видно невооруженным глазом! Как они перепугались! Наложили в штаны! Теппрь они в наших руках! Они выполнят все наши условия! Сегодня начинается новая эра – мы назовем ее… назовем ее… Италозойская!!! Запомните этот день, полковник Сталлоне!
– Подполковник, – на всякий случай поправил Вальтер, хотя уже догадывался, что она произнесла его звание совершенно правильно. Как оказалось – ошибся.
– Я сказала "полковник"?! Нет! Бригадир! Поздравляю вас, бригадный генерал Сталлоне! Вот, я немедленно внесу изменения в армейскую сеть, – Алессандра Муссолини придвинула к себе компьютер и застучала по клавишам. – Вот и все. Поздравляю еще раз! Блестящая операция!
