Нельзя также не заметить, что Россия, в общем-то игрок, в отличие от Украины, способный на самостоятельные шаги, наносит только такие удары, которые возможно парировать, и никогда не прибегает к действительно эффективным мерам, которым ее противникам трудно было бы противостоять.
Такой странный образ действий становится понятен и вполне логичен, если мы увидим, что и Россия в сценариях, которым видимо и вынужденно противодействует, тоже играет свою отведенную ей сценаристами роль.
Вариант с назначением преемника был бы вполне осуществим, но имел бы два очень существенных недостатка.
1. В этом варианте преемник имеет имидж именно преемника, т.е. не борца с режимом, а его продолжателя.
2. Этот вариант рассматривается как подготовленный в Кремле, то есть не дает обществу увериться в стихийности происходящих событий, между тем как совершенно необходимо, чтобы народ, в идеале весь, уверился именно в противоположном.
Для сценаристов совершенно не имеет значения личность ставленника («суть ничто, имидж — все»), его взгляды и принципы (которые возможно скорректировать), его окружение (которое поддается внушениям еще быстрее). Главное — чтобы ставленник выступал как противник существующего порядка (является ли он противником на деле — это тоже абсолютно все равно).
А Баба-Яга против! — в этом сущность всех современных «цветных оппозиций». Политики таких колеров обязательно должны быть против, должны использовать уголовный жаргон, как украинский министр Луценко, или критиковать «Уряд», будучи его членами, как те же Гриценко или Яценюк. Тут же — и причина чудовищного с точки зрения логики и разума явления: на Украине были времена, когда оппозицией объявляла себя политическая сила, лидером которой является президент!
И ничего. Пропрезидентские силы называли оппозицией не только глупые журналисты, но и умные политики, как будто не понимая, что при этом не только играют против самих себя, но еще и выглядят не вполне адекватно.
Происходящие ныне на постсоветском пространстве «цветные революции» имеют целью не только утвердить своих ставленников, в терминологии американских политиков — «своих сукиных сынов», но и побудить субъектность революционизируемого общества. Эта цель — побуждение субъектности — главная задача любой пиар-акции, от продвижения новой марки пива до рекламы цветов.
Пробуждение активности масс является важнейшей задачей сценаристов «цветных революций», потому что она исключает возможность самопробуждения такой активности и направленности ее в нежелательную для сценаристов сторону. Поэтому отработка технологии революций в долгосрочной перспективе куда более важна, чем сиюминутные назначения своих ставленников.
Установив, по Бжезинскому и не только, что Украина на мировой арене — не субъект, а объект действия, зададимся теперь вопросом: а субъектен ли народ Украины, хотя бы в рамках своей страны?
Сделанные выше выводы не позволяют ответить утвердительно. Действительно, весь ход истории свидетельствует, что управлять народом против воли большинства этого народа невозможно — не только долго, но невозможно вообще. В любых диктатурах, как верно замечает Джин Шарп (книгу которого «От диктатуры к демократии. Концептуальные основы освобождения» у нас так своевременно выпустили к началу «оранжевой революции»), мнение большинства населения имеет важное значение. Если не определяющее — добавим мы. И это верно и для демократий, и для диктатур. Действительно, мало было в истории правительств, более, чем правительство Сталина, озабоченных мнением собственного народа и затрачивающих такие силы на то, чтобы это мнение
Но Сталин действовал кнутом, а пряник в перспективе эффективнее. Со времен Рузвельта и его «нового курса» известен и другой способ нейтрализации возможной негативной активности масс — удовлетворение их потребностей, все более возрастающих.
Сегодня мы, похоже, живем в эпоху, когда изобретен еще один способ: в случае, если массы нельзя (или дорого, или неприемлемо) запугать, а их потребности по материальным соображениям невозможно удовлетворять так, как их удовлетворяют в «цивилизованном мире», массы следует отвлечь. Сегодня средством такого отвлечения оказываются «цветные революции». Понятно, что такое отвлечение не может быть достаточно долговременным, но возможность сделать революции постоянными сулит режиссерам нового миропорядка перспективы вполне долговременные и зависит в общем-то, только от их (режиссеров) сил и ресурсов.
