Засмотревшись на запряженную гусеницу, я не заметил, что отряд тинов проходит вплотную ко мне. Один из них задел меня коробом, находящаяся в нем пленница жалобно охнула.
Я шарахнулся в сторону. Тинаролл, словно флагманский крейсер, гордо проплыл мимо, никак не отреагировав на случившееся. А мог ведь и сообразить, что здесь кто-то в инвизе. Повезло.
Как только тины подошли к транспорту, они стали вытряхивать пленников из мешков и коробов в клетку. Набили полную, как сельдь в бочке, и захлопнули дверцу. Я видел, что Бася оказалась в середине, ее едва не раздавили. Умница, старается держаться в гуще толпы и не мозолить глаза захватчикам.
Один из них крикнул извозчику:
— Двигай!
Тот взмахнул плетью, ударил по спине сколопендры, и она неохотно тронулась вглубь туннеля, увлекая за собой клетку на полозьях. Поглощенный сюрреалистическим зрелищем, я только сейчас сообразил, что могу не успеть, и рванул за ней. Догнал и, изловчившись, прыгнул на то место, где у приличных животных начинается шея.
Многоножка, почувствовав неудобство, подняла голову, изогнулась и попыталась сбросить лишний груз.
— Ах ты-ы! — рявкнул за моей спиной тинаролл-извозчик и жахнул несчастную сколопендру плетью.
Она просвистела в сантиметрах от моего лица. Я машинально подался в сторону и едва не свалился. Но удержался и, преодолевая отвращение, прижался всем телом к склизкой спине многоножки, которая перестала брыкаться и устремилась вперед.
Переведя дыхание, я успокоился и начал осматриваться. Подземный ход перед нами освещался непонятным образом. Свет явно шел с нашей стороны и терялся метрах в двадцати впереди. Мне понадобилось больше минуты, чтобы сообразить, что он идет из глаз гигантского насекомого — они, словно мощные фонари, испускали два ярких, разгоняющих тьму луча.
Вдалеке послышался шум, он становился все громче, и вскоре «фары» сколопендры выхватили из темноты могучие фигуры, двигавшиеся навстречу. Приглядевшись, я понял, что это очередной отряд тинароллов. Когда мы приблизились, они посторонились и даже прижались к стене подземного хода, чтобы не попасть под наш гужевой транспорт. Многоножка прошла мимо них, я обернулся и с тоской посмотрел им вслед. Еще одна разрушенная деревня, еще десятки поникших цветов на карте-клумбе. Надо во что бы то ни стало остановить гадов, иначе Мидкору придет конец!
Двигались мы довольно быстро, но все равно ехать пришлось долго. За это время мимо нас прошли три группы тинов. Может, и неплохо, что они уходят, будет проще действовать в их логове.
По пути я разглядел не меньше дюжины ответвлений в стенах туннеля. Принцесса была права: под всеми Проклятыми землями располагалась целая сеть лабиринтов, по которым твари свободно перемещались.
Я постоянно оглядывался, чтобы высмотреть в клетке родную головку. И каждый раз, видя ее, чувствовал облегчение. В такой давке, какую сейчас приходилось претерпевать Басе, недолго и в обморок грохнуться. Но она держалась, как стойкий оловянный солдатик.
Наконец, после нескольких часов пути туннель расширился, и вскоре сколопендра остановилась возле большой дыры в стене, напоминавшей формой арку. Извозчик соскочил со спины многоножки, и я с удивлением понял, что сидел он в самом настоящем седле, укрепленном кожаными ремнями, продетыми под ее брюхо. Он шагнул в проем, что-то быстро сказал и тут же вернулся, за ним появились еще два тина с плетьми в руках.
Распахнув дверцу клетки, они погнали пленников в арку, из которой только что вышли сами, не слушая возражений и не обращая внимания на плач детей. Бедолаги гуськом засеменили в указанном направлении, а я, дождавшись, когда они уйдут, слез со сколопендры и скользнул следом.
Я сделал шаг, и в лицо пахнуло затхлостью, запахом пота, кровью и ароматом никак не сочетающегося с этим местом парфюма. Звон цепей, удары молотов, скрипы, чьи-то требовательные приказы и стоны сплелись в рвущую слух какофонию. Передо мной открылся огромный зал, заполненный рабами старых рас. Вернее, не зал, а гигантская пещерная мастерская. Элгионы, мениольцы и олнейги с антимагическими кандалами на ногах бок о бок трудились на благо Красноглазых. Вдоль каменных стен, местами покрытых подтеками и плесенью, стояли наспех сделанные деревянные верстаки, металлические наковальни, здоровенные котлы на подпорках, в которых что-то булькало. Возле них суетились пленники, каждый был чем-то занят. Между ними степенно ходили штук восемь тинов с плетьми.
