Сегодня, судя по расписанию, должен был быть первый урок введения в демонологию. Меня разбирало от любопытства. Подумать только — демонология. В нашем мире меня бы сочли за идиота, заикнись хотя бы я об этом. Но тут все было иначе.
Сам урок предполагал смешанное обучение. То есть посещали его не только мы, но и несколько параллельных классов сразу.
Я оглянулся и с разочарованием понял, что Герцен тоже идет в аудиторию. Ехидная ухмылка озарила его лицо.
— Уж не думал ли ты, что я так просто от тебя отстану? — спросил он.
— Послушай, чего тебе от меня надо? — не стерпел я. — Хочешь реванш за проигрыш на дуэли? Давай, назначай время.
— Ух, какой ты прыткий! — улыбнулся Герцен. — Дуэли, если тебе это не известно, запрещены. Я же не на столько глуп, чтобы нарушать закон.
Я даже потерял дар речи. То сам лично вызвал меня тогда, то теперь совсем другое говорит.
— Ты не переживай, — продолжил Герцен. — Я найду способ отблагодарить тебя за все, и даже больше. Просто время еще не настало.
С этими словами он пошел вперед. Вместе с ним двинула и приличная толпа, косясь на меня как на вошь и противно хихикающая.
Стараясь сдержать в себе гнев, я двинул в класс. Но остановился прямо в дверях. Причина на то была и весьма значимая — в классе находилось чудовище.
Это был монстр, без всякого сомнения. Не кукла, не переодетый в костюм шутник. Живой монстр. Какая-то иррациональная ситуация, в которую сложно было поверить, но все это происходило по настоящему! Я даже почувствовал жар тела твари и влажное зловоние, идущее из раскрытой пасти.
Ученики — в основном девушки, — в панике закричали, подались назад, к двери. Но внезапно та оказалась запертой — неведомая сила с грохотом захлопнула ее.
Монстр двинул на нас.
Ученики закричали сильнее — теперь это были не только девушки. Я тоже изрядно струхнул.
Это ведь действительно настоящий монстр! Какого хрена он тут делает? Или это наш преподаватель по демонологии? Ведь никто же не говорил, что он будет человеком.
Судя по агрессивным выпадам чудовища и щелканью клыкасто пасти, намерения у него были вполне понятные.
Монстр издал протяжный низкий рык, от которого у меня на затылке зашевелились волосы. Маслянисто-черные зыркала окинули всех голодным взором — чудовище выбирало себе жертву для завтрака.
— Вперед слабых! — вдруг истошно заголосил Герцен, хватая Кима — самого щуплого из класса.
Ким начал сопротивляться, но еще несколько пар рук — в основном друзья Герцена, — начали помогать Григорию. Их расчет был предельно прост: скормишь другого — не сожрут тебя.
— Вы что делаете?! — рявкнул я, вдруг остро почувствовав несправедливость. — Отпустите его!
И отцепил несколько рук от Кима.
— Дурак! — прошипел Герцен. — Если не его — то тогда эта гадина сожрет нас!
Монстр зарычал, словно в подтверждение его слов.
Я обернулся. Ну и мерзкой же была тварь! Черные, рассыпанные по всей морде — пар двадцать, не меньше, — глаза, толстый длинный язык, шевелящийся словно червяк, огромная пасть.
— Его тоже на съедение! — вдруг скомандовал Герцен и меня беспардонно толкнули вперед, прямо под лапы монстру.
Я неуклюже упал, но тут же как ошпаренный подскочил на ноги. И принял боевую стойку. Просто так сдаваться я не собирался. Задам взбучку!
Монстр зловеще зарычал, готовый перебить одним ударом мне хребет, а потом… рассмеялся.
Смех этот никак не мог быть звериным, самый обычный, человеческий.
Я не поверил собственным ушам.
Что за шуточки такие?
Но, кажется, и глаза начали подводить меня. Очертания монстра вдруг поплыли, как акварель, на которую пролили воду, начали превращаться во что-то иное.
— Что за черт? — выдохнул Герцен, приглядевшись.
Перед нами вместо чудовища теперь стоял человек — старик в тонкой черной сутане. И задорно смеялся.
— Позвольте представиться — Чернов Альберт Михайлович, доктор демонологических наук, специализируюсь на мороках, что вам сейчас наглядно и продемонстрировал, — произнес он, когда приступы веселья закончились. — Считаю, что любая практика гораздо важнее теории. Что вам сейчас на своем примере и показал.
— Это что… был обман?! — произнес пораженный Герцен.
— Не обман, а морок, — поправил его Альберт Михайлович.
На некоторое мгновение в классе повисла пауза — все переваривали сказанное.
Я тоже до конца не мог осознать случившееся, ноги мои продолжали дрожать от страха, а по спине бежал холодный пот.
— Да как вы посмели?! — вдруг опомнившись, закричал Герцен, покраснев от злобы. — Вы не имеете права применять магические заклятия!
— Вы правы, — кивнул Чернов. — Без веской необходимости, если это может угрожать жизни или здоровью мне или находящимся рядом — не имею права. Но то в обычной жизни. А вот в стенах школы это правило не распространяется.
— Ложь!
