Четверг наступил быстро. Ресторан был выдержан в духе суси-бара[11] – очень белые стены, черные столики и стулья. Длинная черная стойка. На одной стороне раздают «суси»,[12] на другом – обеды. И как бы по молчаливому соглашению, большинство посетителей в белых или черных одеждах. Стиль смешанный. Молодые одеты по последней моде, кто во что горазд. Пожилые в хороших костюмах и рубашках от Армани. Много народу. Столики стоят близко друг от друга. Шумно. На стенах нарисованы силуэты. Мужчина во фраке держит палочки для еды, женщина в шляпе. Выглядят очень умными и грустными. Женщина похожа на птичку, она появилась, чтобы быть отброшенной силуэтом мужчины с прической афро.[13]
На тот случай, если Джан захочется что-либо разузнать об этом месте, Сэм указал на Барри Диллера, маленького человечка, сидевшего в окружении молодых парней.
– Бывший председатель «Фокса», – сказал Сэм. – Начал и закончил в один день. Говорят, он устал от игры. Теперь занят торговлей.
К столику их проводил Йоши, владелец ресторана, приветствовавший Сэма по имени. Сначала была тишина, поскольку разговоры замерли, когда они входили в зал. Потом гул продолжился, даже несколько громче, чем до сих пор. Известность. Джан подумала, когда же она к этому привыкнет?
Сэм заказал сакэ.[14] Но она только пригубила черную керамическую чашечку и стала нервно поигрывать ею. Ничего особенного в этом сакэ, однако японское пиво Джан понравилось, оно быстро успокоило ее. Плохо только, что японское пиво так же полнит, как и американское.
Джан случайно подняла глаза от меню и увидела, как Сэм разглядывает ее.
– Что-нибудь не так? – спросила она.
– Ты мне напоминаешь кое-кого, – сказал он, продолжая разглядывать.
Джан затаила дыхание, потом напомнила себе, что нужно сделать следующий вдох.
– Неужели? – спросила она и опустила голову, позволив пряди волос закрыть лицо.
– Нет, – сказал он. – Не делай так. – Он перегнулся через стол и поправил ей прическу. – Позволь мне смотреть на тебя.
«Теперь он видит, – подумала Джан. – И что будет?»
– Знаю! – сказал он с торжеством. – Ты молодая Вивьен Ли! Она снова задышала. Но тело вдруг устало, как будто ей пришлось тяжело работать весь день. Она была испугана. Испугана, ослаблена и довольна.
– Итак, что ты думаешь о сценарии? Умираю, как хочу знать.
– Ну… – Джан должна была поговорить о сценах с раздеванием.
– Тебе он не нравится. Господи, тебе он не нравится?
– Нет. Я только… У меня есть несколько возражений.
– Послушай. Не так уж легко будет переделывать это. Это история склонного к садизму мужчины и женщины-мазохистки – обычная мелодрама в старом стиле.
– В старом стиле? Я думаю, это несколько современно.
– О! Старая картина «Женщина, которая так много любила» или «Мужчины, которые сделали Гитлера симпатичным». Ну, я не хотел писать пьесу об их взаимозависимости.
– Слушай. Я не думаю, что проблема в этом. Она… – Джан сделала паузу.
– Ты убиваешь меня. Сначала Майкл Маклейн, а теперь ты.
– Майкл Маклейн? А что с ним?
– Он тоже возражал. Сказал, что не хочет участвовать в заговоре против себя, который заключается в…бле известной кинозвезды.
– Майкл? – спросила Джан. – О чем ты говоришь, Сэм?
– Да, Майкл Маклейн. Он вместе с тобой играет ведущую роль в этом фильме. Разве Эйприл не сказала тебе?
– Сказала мне? Последнее, о чем мы с ней договорились, это об участии Пола Ньюмена.
– О нет, на самом деле это не так. – Сэм понизил голос до шепота. – Эйприл хотела Майкла, я же хотел Ньюмена. Она поэтому дала тебя, а я дал ей Майкла. – Сэм помолчал, потом спросил: – Ну а ты довольна, что придется играть с Майклом? Он прекрасно подходит для роли Джеймса. Смотрится так, как будто вы оба уже близки. Я думал, ты будешь прыгать от радости.
Да, конечно. Сэм видел ее с Майклом. Он думал, что они и сейчас близки. Может быть, поэтому он не так агрессивен лично с ней. Джан хорошо знала, что Сэм не любит соревноваться с другими мужчинами из-за женщины.
Нужно ли сказать ему, что она и Майкл… ну, не испытывают симпатий друг к другу? Что путь для него открыт? И что она не только не хочет работать с Майклом, но даже видеть его не желает?
Но ведь это не его дело, если бы не так, Сэм сам бы все узнал. А сейчас Джан не намерена мостить для него этот путь.
Но, Господи, на что это будет похоже, если она согласится работать с Майклом? А если ей придется видеть, как Сэм обнюхивает Эйприл Айронз прямо перед ней? Она не уверена, что сможет выдержать это.
– Я только удивлена, это так… неожиданно. Я работаю с тобой и с Майклом Маклейном! Будто сон становится явью. Я довольна, Сэм, это действительно большая честь.
Похоже, он не заметил, как потрясла ее эта новость. «Да, – подумала Джан, – когда Сэм работает над своим проектом, он ничего не замечает».
– Но послушай. Действительно есть одна проблема. Я не могу участвовать в сексуальных сценах, – выпалила она. – Не могу.
Сэм замер, с улыбкой и глядя на нее. Затем рассмеялся.
– Так дело только в этом? – спросил он. – В голых сценах?
– Ничего себе – «только в этом»! – строго сказала Джан.
