диванов стоял прозрачный столик. Зела велела роботу принести кофе и коньяк. И что-нибудь
съедобное.
- Последняя модель, - заметил Кси, - РБ7-12. Я их собирал на конвейере.
При ярком свете Зела наконец смогла его как следует разглядеть. На нем была какая-то
желтая майка и универсальные молодежные штаны, изначально мятые, чтобы никогда их не
гладить. Темные волосы были косматы, узкое личико бледно и безусо, глаза небольшие, но
очень пронзительные, какого-то странного темно-серого цвета. Издалека они казались
черными как камешки, но вблизи были прозрачны. В уголках губ прилипла спекшаяся кровь.
- Хочешь умыться? - спросила Зела с жалостью, - или принять ванну?
- Считаешь, что я недостаточно чист для твоего дивана? - усмехнулся гость.
- Нет, - смутилась она, - я просто хочу, чтобы ты чувствовал себя комфортно.
- Мне везде комфортно, - сказал он, - но умыться все-таки не мешает.
В ванной он долго кашлял под шум льющейся воды. Зела повидала всяких аппирских
болезней и примерно представляла, что там происходит. Она подумала, что завтра же
позвонит Флоренсии.
- Тебе еще не хочется меня выгнать? - усмехнулся Кси, устраиваясь на диване.
- Наоборот, - ласково посмотрела она, - мне хочется тебе помочь.
- Забудь об этом, - неожиданно резко сказал он.
- Почему? - спросила она удивленно, - мне ничего не стоит устроить тебя в больницу.
- А потом - на работу, - продолжил он, - а потом ты дашь мне денег, чтоб талант не умер
с голоду, потом будешь опекать... Меня этот сценарий не устраивает, Ла.
- Почему? - спросила она уже с досадой.
Кси посмотрел ей в глаза.
- Потому что мне ничего от тебя не надо. Ты есть. Этого достаточно.
У нее сжалось сердце. Что-то подобное она уже слышала. Давным-давно. Так же упрямо
вел себя Леций. Он согласен был только отдавать, заставить же его что-то принять взамен
было просто невозможно.
- Что, даже кофе не будешь? - вздохнула она.
- Буду, - успокоил ее Кси, - иначе я усну, не дождавшись твоего рассказа.
- Тебе, правда, интересно?
- Конечно.
- А если ты будешь разочарован?
- С чего бы?
Зела внимательно смотрела на него.
- Кажется, ты уже поселил меня на небо и собираешься на меня молиться, - сказала она.
- Послушай, - Кси невозмутимо отхлебнул из чашки, - я догадываюсь, что за всю эту
роскошь ты заплатила своей красотой. Это старо как мир, и ничего ужасного в этом нет.
Сама ты слишком беспомощна, романтична и добродушна, чтобы чего-то добиться в этом
мире.
- Даже так?
- Да. Или что-то в этом роде.
- Значит, тебе нравятся продажные женщины?
- Мне нравишься ты. И для меня не имеет значения, какая ты.
Кси встал вместе с чашкой, обошел столик и опустился на ковер у ее ног.
- Кто ты, милая? Зло из зол?
Или просто любовь сама?
То ли ангел с неба сошел,
То ли сам я сошел с ума?
- Твои стихи смелее тебя, - заметила Зела немного взволнованно.
- 35 -
- На то они и стихи, - ответил он спокойно, - вряд ли я тебя интересую в другом качестве.
А уж этого добра у меня хватает.
Тут он был прав. Ей стало его жалко, а может, он ей уже немножко нравился... Зела
протянула руку к его взлохмаченным волосам, почувствовала, какие они мягкие, как у
ребенка. Он взглянул на нее совершенно пронзительно, как будто со стороны, как будто она
не его касалась. Ему явно хотелось понять, что бы это значило, но она и сама этого не знала.
Потом с улицы послышалось шипенье садящегося модуля. Зела не убрала руки. Они так
и смотрели друг на друга.
- Кто это? - спросил Кси тоже без особого волнения.
- Муж, - сказала она.
- Мне спрятаться в шкаф? - усмехнулся он.
- Не нужно.
- Странные у вас отношения.
- Я сама не знаю, какие у нас отношения.
- Как скажешь. Меня, собственно, не волнует, что скажет твой толстый кошелек, раз тебе
самой это безразлично.
Через минуту Ричард зашел в гостиную. Почему-то ничего у нее внутри не дрогнуло, как
будто так и надо.
- Всё репетируете? - сказал он устало, - ты знаешь, который час?
- Который?
- Третий час ночи.
Она встала, Кси тоже поднялся с пола, лицо его как будто окаменело. Ричард подошел к
столу и налил себе коньяка в пустой фужер. Вид у него был замученный и немного
рассеянный. Вишнево-красный китель расстегнут, рубашка под ним тоже, седые волосы, как
всегда, не окрашены и зачесаны назад.
- Скоро сам перепутаю день с ночью, как теверг, - признался он, - у них проблемы с
лисвисами, а скандалят они только по ночам...
- Познакомься, - сказала Зела, - это Кси.
- Мы разве не знакомы? - прищурившись взглянул Ричард на ее гостя.
- Нет, - покачала она головой.
- Извини, моя память перегружена.
- Я понимаю, - она обернулась, - Кси, ты тоже познакомься. Это мой муж. Ричард.
Кси по-аппирски приложил левую руку к правому плечу. Ее муж ограничился кивком.
- Не буду вам мешать, - сказал он, думая уже о чем-то своем.
До двери она его все-таки проводила. Впервые ей хотелось, чтоб он поскорее ушел.
Такого она раньше и представить не могла. Она считала, что Ричард - это главное в ее жизни,
что всё только для него, чтоб не разлюбил, чтоб всегда был рядом... и вдруг поняла, что это
давно уже догма. Вот сейчас поняла, вот в этой самой гостиной, в этот поздний час.
