- Ужас... это просто ужас.
- Почему? Что там было?
- Ничего. Но очень долго.
- Ты что-то осознавала там?
- Только то, что весь мир - прямая линия, а я - точка. И я падаю вдоль этой линии
бесконечно вниз. У нее нет дна! Это ужасно...
Сия с изумлением взглянула на свои руки и потрогала их, повертела перед глазами.
- Есть! Выпуклые, объемные... я не сплю?
Наверное, после точки приятно было приобрести три измерения! Но радоваться этой
стерве было рано. Ее вернули из линейности безвременья вовсе не за тем, чтобы она
наслаждалась тут своим телом.
- А я всегда утверждала, что время содержит в себе все измерения плюс направление
движения, - заявила она поднимаясь, - без времени мир схлопывается. Остается одно
направление. Пришлось доказывать это на собственном опыте...
Ошалевшие глаза ее наконец увидели всех в этой комнате.
- 416 -
- А это еще кто?!
- Мы арестованы, - спокойно ответил ей Грэф.
************************************************************
- Ты можешь идти, - повернулся Кристиан к Герцу, - дальше уже наше дело. Мы
забираем их.
- Нет уж, я останусь, - помотал головой Герц, - а лучше и остальных позвать.
- Зачем? - не понял эрх, - чем быстрее мы ее заберем отсюда, тем лучше.
Иногда его непонятливость просто бесила. А еще назывался Мудрым!
- Не догадываешься? Нрису она мать, отцу и Консу - сестра. И вообще, мы все ей родня.
И каждому есть, что сказать этой суке на прощанье.
- Он прав, - вмешалась Анзанта, - мы должны позвать всех. И Ольгерда в том числе.
Сия стояла между Хетвином и Глостром, высокая, надменная, скрестившая руки на
груди.
- Кого это, всех? - спросила она громко, - я их отправила так далеко, что вы не
докричитесь, эрхи. А своего ненаглядного Ольгерда, Маррот, ты больше никогда не увидишь!
Анзанта только презрительно взглянула на нее, но ничего не ответила.
- Я вернул их, Олли, - сказал Грэф.
- Что?!
- Я всех вернул.
- Врешь! Ты не мог этого сделать!
- Тебя слишком долго не было, Олли. Многое уже изменилось.
- Идиот... - она закрыла лицо руками, - с кем я связалась!
- С игроком, - криво усмехнулся он.
Герц не хотел бы оказаться сейчас на его месте, но и сочувствовать этому авантюристу он
не собирался. Мертва была Эния, без памяти Риция, Эдгар пропадал в жуткой одномерности
безвременья, мертвая Кантина лежала в холодильнике... И всё это не без его участия, всё -
благодаря его «игре».
- Можешь позвать свою родню, - сказал ему Кристиан, - мы подождем.
Душой он рвался на Тритай, чтобы поскорее освободить брата, и копил для этого силы,
но прыгать пришлось на космодром. Что же еще было делать, если единственным видом
связи на этой планете остался Прыгун!
Мела поземка. Огромное открытое пространство то и дело пересекалось вспышками
лучеметов. Дуплоги здесь нарвались на случайно не замороженный оружейный склад и
быстро освоили современную военную технику. Смышленый был народ. И агрессивный.
- Сюда! - замахал ему кто-то рукой из-под опоры планетолета, - мы здесь!
Под брюхом корабля горел костерчик из ящиков. Аппиры сидели кружком, обнимая свои
лучеметы. У бедняги Фальга так мерзло лицо, что он всё время закрывал его шарфом. Видны
были только его желтые крокодильи глаза, полные безумного блеска.
- Территория слишком большая, - сказал он, шмыгая носом, - они разбежались, как
ушмешуки. Мы тут стережем выход из пятого ангара, а остальные следят за восьмым и
девятым.
- Отлично, Фальг, - похлопал его по плечу Герц, - а Прыгуны где?
- В буфете. Кофе пьют.
- Кофе пьют?!
- Ну да. А чего им тут сидеть? Мы и сами справимся.
Глаза юного динозавренка жутко сверкнули. «Боже, что из него вырастет?!» -
содрогнулся Герц, хотя в целом парень ему нравился.
- Ладно, - сказал он, - продолжайте наблюдение.
Буфет был под огромным куполом Космопорта. Представлял он из себя тоже жиденький
костерчик с кипящей на нем закопченной кастрюлей. На полу лежало сотни три связанных
или мертвых дуплогов. Нрис и Ольгерд сидели на стульях и уныло глотали из стаканов
коричневую бурду.
- 417 -
- Эта дрянь под названием «растворимый кофе с Магниады» сохранилась на складах
только потому, что дикари в кофейных напитках ничего не смыслят, - поморщился Нрис, - а
консервы сожрали подчистую, даже закусить нечем.
- Это не кофе, это опилки какие-то, - Ольгерд пнул ногой пустую банку, и она с грохотом
покатилась по полу, - хуже травяных чаев. Посмотри до чего дожили!
Трое аппиров рядом с ними были менее капризны, их не пичкали травяными чаями
далекие предки, им просто давно уже нечего было есть. Поэтому они просто пили.
- Как дела? - спросил Герц подсаживаясь.
- Ты что, не видишь? - пожал плечом Руэрто, - трупов больше, чем живых. Они, черти,
отстреливаются, приходится отражать. А штук двадцать крышей придавило, не рассчитал
немного.
- А наши все живы?
- Двое убиты, пятерых задело.
Он выяснил, что операция затягивается. Остатки дуплогов крепко засели в двух ангарах,
к которым трудно было подобраться. Разобраться с ними можно было быстро, обвалив
крышу или взорвав все к чертовой бабушке, но хотелось без жертв.
- С ними бы надо переговорить, - сказал Ольгерд, - в конце концов, мы добиваемся
