Патрикеев видел, как разрывается Иоанн Васильевич между понятием семейного долга, который велит любить зятя, и той большой целью, которую поставил для себя государь: объединить все земли русские. Для того и придумал себе Иоанн Васильевич новый титул – государь всея Руси, признать который, хотя бы величая так тестя в письмах, никак не хотел упрямый литовский зять, чтобы заявить на весь мир о своих правах наследовать Великую Русь. Понимал Патрикеев и Великого князя Литовского, который сделал приставку к названию своего княжества – Великое Литовское и Русское: ведь русских земель в Литве гораздо больше, чем исконных литовских. Отдай эти земли ненасытному Иоанну, и где там будет сама Литва? Примостится на клочке земли у берега холодного Балтийского моря? Да перевернутся в гробу его великие предки, создавшие Великую Литву.
Радовало одно: государь московский прекратил набеги на земли зятя – наступил такой редкий в отношениях Литвы и Московии мир. Однако упрямство Александра могло всё испортить. Он никак не соглашался построить церковь для жены. Потребовал убрать со двора бояр московских. Иоанн Васильевич отозвал бояр, оставив в Вильно двух поваров, подьячего и священника Фому. Александр продолжал в грубой форме выставлять одну претензию за другой. То он требовал усмирить крымских татар Менгли-Гирея, грабивших литовских купцов, то просил повлиять на Стефана Великого, молдавского господаря, чтобы тот не захватывал литовские города. Государь улаживал все эти дела. Более того, Иоанн Васильевич спокойно выслушивал многочисленных послов литовских, требовавших вернуть ранее захваченные территории. Простил он зятю и то, что тот не пропустил посольство турецкое в Москву и другие мелкие пакости литовцев. Удивляло Ивана Юрьевича спокойствие государя, надолго хватит ли? Настораживало Патрикеева и то, что Иоанн Васильевич перестал привлекать его к литовским делам. Что-то здесь было неладное, но что? Как ни ломал голову старый лис Патрикеев, разгадку найти не мог.
Иоанн Васильевич пребывал в дурном настроении. Ничто не радовало его.
Да и чему радоваться? Жена и сын заговор сплели. Дмитрий – внук, ещё не успел венец примерить, а уж норов проявляет. Несмотря на то, что юн и безус. Прав духовник, архимандрит Митрофан. Верно он говорит: «Это злые языки тебе нашептали семью родную в опалу ввести».
Вспоминал Иоанн Васильевич про грамоты разные за последний год. Впал в уныние. Да и как не впасть?