Высоко в горах, куда не могут домчать степные венгерские кони, на высокой скале в окружении неприступных альпийских вершин расположился замок Хохостервиц. Здесь решили дать себе передышку дряхлеющий семидесятипятилетний Фридрих Третий, император Священной Римской империи Германской нации, и полный сил и планов Максимилиан, его тридцатилетний сын-соправитель, по совместительству король Римский, что в действительности давало права короля Германского.
Священная Римская империя являлась странным государственным образованием. Она была задумана в Х веке римским папой Иннокентием ХII и прусским герцогом Отто, как правопреемница античной Римской империи и Империи франков Карла Великого. В её состав формально входили территории Италии, Восточно-Франкского королевства, как тогда называли Германию, и стран Центральной Европы. Интересы сторон были следующими: папа Иннокентий ХII добивался усиления своей власти в борьбе с итальянскими герцогами, а прусский король стремился к расширению своих владений. В 963 году Римский папа короновал прусского герцога Отто императором Священной Римской империи под именем Оттона Первого. Минуло пятьсот лет, а странная империя продолжала существовать. Династические германские дома, сменяя друг друга, занимались, в основном, не имперскими делами «лоскутной империи», а сохранением, укреплением и увеличением своих наследственных владений: Гоггенштауфены – Швабии и Эльзаса, Люксембурги – Чехии, Моравии и Силезии, Виттельсбахи – Бранденбурга, Голландии и Геннау. Наконец пришёл черёд Габсбургов, родовыми землями которых являлась Австрия. Первым императором из этой династии стал Фридрих, сын Эрнеста Железного, герцога Внутренней Австрии (земли Штирии, Каринтии и Крайны) и Цимбургии Мазовецкой.
Фридрих не обладал железным характером своего отца, был слабовольным и бесхарактерным человеком. Но лучшего претендента в ту пору не нашли. Сначала в 1440 году немецкие курфюрсты выбирают его королём Германии, а в 1452 году из рук папы Николая он получил корону императора Священной Римской империи под именем Фридриха Третьего. Земли свои новый император, увлекавшийся науками и искусством больше, чем государственными делами, солидно подрастерял. Основные надежды теперь он связывал с красавцем сыном, видным женихом для девиц на выданье из всех королевских домов Европы. Замок Хохостервиц, где расположились отец и сын, стал императорским фамильным гнездом не так давно. Ещё в ХIII веке он был подарен виночерпию герцогства Каринтии, Штирии и Крайны предками императора Фридриха Третьего. Когда последний потомок виночерпия, принадлежавшего к семейству Остервиц, умер, не оставив наследников, замок Хохостервиц вернулся в императорское лоно. Место было удобное и безопасное. С востока, откуда могла бы появиться венгерская армия, преградой на пути к замку служила горная вершина Хохголдинг, с запада, где по долине реки Инн могли пройти войска французского короля, дорогу преграждала гора Гросглокнер, с юга, со стороны Италии, возвышались ещё более непроходимые вершины. Единственный узкий проход от альпийских гор на север в Германию тщательно охранялся Сигизмундом, маркграфом Бранденбургским, родственником императора.
Вечер в Альпах особенно красив весной, когда белоснежные вершины в лучах заката сначала начинают розоветь, потом принимают пурпурную и даже малиновую окраску, обнажая освободившиеся от снежного покрова скальные породы, разломы и шпили. Тогда горные очертания приобретают причудливые формы крепостей и неприступных замков, и, кажется, что ты находишься в сказочной стране, где оживают древние германские легенды и сказания о рыцарях, прекрасных дамах, феях и эльфах.
В центре этой страны, в замке Хохостервиц, у камина, под треск поленьев и шипение искр, коротали вечерний досуг император и его сын.
– Отец, – обратился к Фридриху Максимилиан. – Мне опять снилась Мария. И снова эта злосчастная охота: мы скачем с ней по лесной поляне, её конь спотыкается о пень, поднимается на дыбы и сбрасывает мою несчастную жену на землю. Как ты думаешь, что означает мой сон?
– А то означает, мой сын, – глубокомысленно заметил император, – что тебе снова пора жениться.
– Постой, отец, память о Марии не угасла. Иначе бы я не думал о ней постоянно и не встречался бы с ней в моих снах.