Парень сидел на кровати, опершись на стену и рассматривая наручники. Нехорошо так рассматривая, явно мечтая сломать то, что не дает его силе выйти наружу. Даже жаль беднягу: запертая магия причиняет жуткий дискомфорт. И чем дольше носишь антимагические артефакты, тем сильнее тебя распирает изнутри.
Заметили ее не сразу. И лучше бы не замечали – взгляд незнакомца был как удар по лицу наотмашь. Мэйр скрестила руки на груди, борясь с желанием забиться в самый дальний угол изолятора, и сделала шаг вперед.
И еще шаг.
И еще.
С каждым крохотным шажком страх усиливался, а вместе с ним и давление жуткой силы. Из носа потекла кровь. В ответ на явную агрессию изнутри взметнулась ярость, темная и глухая. Живая сталь забурлила в жилах, запела грозную песню, требуя стиснуть руки на шее мажонка, свернуть ему башку, переломить надвое жалкий хребет…
…да только вот сложновато это, когда идти не можешь. Перед глазами замелькали черные мушки, в ушах зазвенело. Чужая ярость давила все сильнее, пригибала к полу, заставляла опустить руки, обрубала на корню любое сопротивление…
Сопротивление.
«Он чувствует мои эмоции и зеркалит их, – сообразила Мэйр, скорее по наитию, нежели по логике происходящего. – Чем сильнее я зверею, тем сильнее меня продавливают».
Она сделала шаг назад. Закрыла глаза, задышала медленно и глубоко, вошла в состояние безмятежности – любого ментала, даже если он целитель, перво-наперво обучают контролю над эмоциями. Невидимые тиски, сдавливающие голову, немного ослабли, и тогда Мэйр высвободила силу. Темная, но вкрадчивая, она столкнулась с агрессивной магией незнакомца, однако не противилась ей – обволакивала, опутывала, просачивалась сквозь нее, как дым через прутья решетки. Она несла не злость, не желание убить – Мэйр старательно распространяла вокруг себя ауру спокойствия и сопереживания.
И это сработало.
Силва Ваор был прав. Темные маги не любят договариваться по-хорошему; только она, непутевый и неправильный подменыш, на такое способна.
Злоба вперемешку с толикой страха в черных глазах сменились удивлением. Незнакомец прищурился и чуть склонил голову набок, внимательно рассматривая ее. А затем вдруг с силой сжал руку в кулак, задышал чаще и зажмурился, будто пытаясь собраться. Давление его чудовищной силы ослабевало медленно – темную магию всегда сложнее усмирить и заставить подчиняться, но парень явно пытался. Неумело и неправильно, дергая ее на себя, будто взбесившегося зверя за цепь.
Идти стало легче. На мозги давило уже не так сильно, хотя Мэйр была уверена – будь на ее месте кто-то другой, к этому моменту несчастного можно было бы выносить.
Незнакомец вдруг поднялся с койки и сделал шаг навстречу, заметно припадая на правую ногу. За спиной послышался шум открывающейся двери, но Мэйр успела махнуть рукой, останавливая непрошеных гостей. Не хватало еще похерить то, чего она смогла добиться. Слушаться ее никто не торопился, и чужая ярость обожгла снова; удержать себя в спокойном состоянии удалось ей с трудом.
– Закройте нахер эту гребаную дверь! – процедила она, не отрывая взгляда от стоящего напротив парня.
От ее фразы тот вдруг дернулся, как-то странно усмехнулся и сделал еще один нетвердый шаг. К лицу Мэйр потянулась рука, мозолистая, даже с виду тяжелая и крепкая. Длинные пальцы коснулись лба, обвели нос, заставив поморщиться, чуть задержались на нижней губе, скользнули по шее и вцепились в воротник рубашки. Несильно, но этого хватило, чтобы на миг запаниковать- незнакомцу, несмотря на непотребное состояние, явно хватит сил придушить ее. Парень дернулся, будто его ударили, тут же убрал руку и отшатнулся.
Надеясь, что не сделает хуже, Мэйр подалась вперед и стиснула пальцы на его плече. Парень вздрогнул, но атаковать не спешил.
Вот и отлично. Физический контакт – одно простое решение целой уймы проблем.
– Не бойся, – тихо, с расстановкой проговорила Мэйр. – Я не причиню тебе вреда. Я целитель. Давай вылечим твою ногу?
И, не дожидаясь реакции, она снова высвободила силу. К счастью, уровень ее дара позволял лечить без картинного наложения рук. Осторожно просканировав своего на редкость непростого пациента, Мэйр сочла его состояние более чем сносным – ни переломов, ни даже вывихов, одни лишь порезы. Ногу ему распахало здорово, но здесь достаточно просто снять боль и подхлестнуть естественную регенерацию мага.
– Ну вот, – выдохнула она, закончив. И ободряюще улыбнулась парню, подозрительно глазеющему на нее из-под неровно остриженной челки. – Теперь гораздо лучше, не так ли?
Он заторможенно кивнул и медленно перевел взгляд на свою ногу – видимо, она мучила его не первый день. Ну да, вряд ли даже среди сердобольных целителей нашелся бы самоубийца, который согласился бы войти в камеру к поехавшему магу-менталисту, поджарившему мозги дюжине человек.
А затем незнакомец сдавил ее запястье, посмотрел вопросительно, будто не сразу поняв, где он и с кем, шумно выдохнул и вдруг оттолкнул Мэйр от себя. Наверное, ответный взгляд вышел чересчур красноречивым, потому что даже далекий от адекватности парень решил пояснить:
