Я скинула его руку. Вот что он за человек-то такой? Это он ещё не знает о моих планах мести, которые я с любовью вынашиваю. Может, его парадный китель на новогоднем балу зельем облить? Вместе с брюками и рубашкой. Даже жаль, что там гномих не будет, говорят, они веселушки, быстро бы оценили юмористическую составляющую ситуации.
— Идёмте, мне сказали, что старшекурсники наших девушек ещё час назад на каток отвели, сразу после завтрака, — догнав нас, мечтательно сообщил Эстив Траум.
— А с каких пор девушки стали “наши”? — уточнил Нико.
— Как с каких? С самых первых. Нам же всё объяснил Лиар! — обличительно воскликнул Эстив и пояснил: — Он ведь сказал, что девушки — как картины в музее, любоваться можно, а трогать нельзя. А музеи — это что? Выставка народного достояния. Так вот, девушки в академии — наше народное, студенческое достояние, а потому все до единой наши.
— Даже Огмырк? — уточнил Нико весело.
— Ну картины ведь бывают разные, — пожал плечами Эстив. — Жаль даже, что её не было.
— Говорят, она двоюродная племянница одного из попечителей академии, потому и попала сюда, правда, под личиной. Её дело сейчас рассматривает совет, — доверительно сообщил Журик.
— Опять от Миранды узнал? — я закатила глаза. — Прекрати втираться к ней в доверие. Она наивная и верит твоим россказням.
Журик лишь фыркнул. Мы бодро направлялись по заснеженным улицам к главной площади. Городские службы сбивали сосульки магией и превращали их в ледяные цветы по бокам тротуаров, из-за чего я всю дорогу любовалась необычными словно хрустальными скульптурами и мало слушала сокурсников.
Площадь была огромна, что неудивительно — города в Дракмаре отличались широкими улицами, обилием площадей и крепкими крышами зданий, на которые могли опуститься драконы. Сейчас здесь было столько народа, что я с трудом могла найти в толпе студентов моей академии: горожане самых разных возрастов в тёплых шубах и дублёнках, в меховых варежках и сапожках с оторочками веселились сегодня от души.
В воздухе пахло вкусной едой и пряными напитками, но мы не спешили к лавкам с вкусностями, в первую очередь мы пришли сюда повеселиться. Чего здесь только не было! Целое поле для игры в снежки с оборонительными позициями, огромный каток, на котором, впрочем, уже почти не осталось места, высокие горки с небольшими порогами и защитными магическими тоннелями, по которым весело скатывались на санках и дети, и взрослые. Скоморохи и маги-иллюзионисты развлекали людей, даря веселье и радость, а доблестные стражи порядка окружали площадь по периметру, заботясь, чтобы сегодняшний выходной не омрачил никакой воришка.
— На каток! — возвестил на всю округу Журик зычным голосом полководца, только даже такой громкий выкрик потонул в шуме предновогоднего веселья.
В очереди за свободными лезвиями мы отстояли целых полчаса, зато потом смогли надеть их на обувь — держались они крепко благодаря крупице магии, наложенной при их создании артефакторами. Да-да, артефакты бывают не только драгоценные, но и вот такие — обычные, использующиеся в повседневной жизни.
Лишь когда надела лезвия, я вдруг задалась вопросом: а умею ли я кататься? Зима и всё, что с ней связано, откликалось в моём сердце безудержной радостью, поэтому я даже вообразить не могла, что в каком-то зимнем виде спорта окажусь профаном.
Встав на коньки, осознала, что да, кататься я умею. И не просто умею! Я виртуозно катаюсь. Тело будто само вспомнило движения, и лезвия легко скользили по гладкому льду. Разогнавшись, я взлетела, покрутилась в воздухе и плавно опустилась на лёд, правда, немного пошатнувшись, но тут же восстановила курс движения. Умею, я правда умею кататься!
— Ничего себе Лиар даёт! — услышала я изумлённый голос Нико.
— Эй, Щуплый, ты где так кататься научился? — недовольно, даже насупленно спросил Журик и шмыгнул носом от холода.
Я не ответила, лишь отвела взгляд, посмотрев перед собой, и едва не вскрикнула. Попыталась затормозить, но было уже поздно — я угодила в огромные загребущие ручонки.
И если бы это был Чёрный дракон, нет! Впрочем, Огмырк здесь тоже быть не должно, но вот она, тут. Схватила меня и подняла над собой.
— Эй, отпусти меня!
— Да как же отпустить? Тут смотри как опасно, поранишься.
— Я отлично стою на коньках! — уверила её я и затрепыхалась, пытаясь спуститься вниз, но какой там!
Вот знаете, в любовных романах говорят, когда главный герой прижимает героиню к себе, что его не сдвинешь, мол, как скала? Так вот, Огмырк — хуже скалы. Она целый горный хребет, схватила меня и не отпускает. Попробуй убежать от троллихи!
— Сейчас-сейчас, любовь моя, — улюлюкала она, пока неслась по направлению выхода с катка.
Сокурсники от смеха согнулись пополам, но спасать меня явно не собирались. Чтоб меня! И вот надо было пойти утешать красавицу-троллиху? Всё-то мне неймётся. Дура!
Наконец меня посадили на скамью, а затем бережно сняли лезвия и вернули их в лавку. Пока Огмырк отошла, я пыталась показать друзьям жестами, что меня пора спасать, но друзья у меня были так себе… шутники ещё те, только начали пародировать поцелуй. У-у, гады!
